Главная | Обратная связь
МегаЛекции

Изменение международной обстановки в 1990-ые годы ХХ века





 

С распадом СССР в 1991 году, завершилась «Холодная война». Биполярная система, которая определяла международные отношения после второй мировой войны, распалась. В США была эйфория от победы над грозным противником. Япония же оказалась единственной капиталистической страной, ничего не выигравшей от распада коммунистического блока, но кое в чем и проигравшей. Положение Японии усложнялось, так как привычные ей внешнеполитические представления необходимо было вновь перестраивать. Важно отметить тот факт, что завершение периода «Холодной войны» усилило нестабильность в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

По мнению Еремина В.Н. «Холодная война» при всех её опасных чертах была неким стабилизирующим фактором в международных отношениях. Биполярная система позволяла сохранять некое подобие «статуса кво». Она задавала темп технологического и научного развития, создавала некие правила игры на «мировой шахматной доске», определяла место каждой страны в биполярной системе. Изменения на международном уровне также сказались на японо-американских отношениях.[293]

В начале 90-ых, во время правления Джорджа Буша старшего, в США была выработана новая геополитическая концепция «Доктрина Буша старшего», серьезно повлиявшая на внешнюю политику в конце ХХ века. Суть ее заключалась в создании «Нового мирового порядка» («New World Order»), который фактически стал официальной внешнеполитической доктриной США.[294] По задумкам американских стратегов эта концепция была связана с повсеместным «распространением демократических ценностей, уважение прав и свобод людей» как в странах бывшего ОВД и республиках бывшего Советского Союза, так и в других частях света. «Благие цели» реализовывались Вашингтоном при помощи международных организаций, финансовых институтов, информационной войны, военной интервенции и шантажа.

На основе данной концепции японское руководство создало свою новую геополитическую концепцию, названную в честь японского премьер-министра Тосики Кайфу, «Доктрина Кайфу».[295]



Основными ее положениями стали:

Сохранение мира и безопасности, обеспечение стабильных международных отношений при помощи диалога и сотрудничества, уважение свободы и демократии, распространение демократических ценностей, обеспечение безопасности и процветания в мире в условиях открытой рыночной экономики, защита окружающей среды.[296]

С приходом к власти в США Билла Клинтона, США немного сократило свою активность в регионе полагая, что ситуация в АТР стабилизировалась. Тем не менее, именно в этот период в регионе начинает разворачиваться общественное движение за ликвидацию биполярной системы и формирование в АТР новых форм безопасности.

Подобные высказывания получили наибольшее распространение в самой Японии. Целесообразность японо-американского союза по безопасности тогда была поставлена под сомнение как с одной, так и с другой стороны. Наиболее острым вопросом был вывод американских войск с территории Японии.

Известный американский политолог З. Бжезинский в тот момент считал, что японо-американский союз - это анахронизм, и он не сможет позитивно отразиться на положении США в ХХI веке. Также он полагал, что Япония не должна быть главным военным партнером США на Дальнем Востоке и, по сути, быть ее "непотопляемым авианосцем" в АТР. Положение Японии, в качестве зависимого партнера, может повредить позициям Америки на Азиатском континенте, осложнить отношения с Китаем, а также отрицательно сказаться на попытках США укрепить свое положение в Евразии.[297]

Вашингтон сильно беспокоили антиамериканские выступления в Японии и проявления оппозиции в самих США относительно японо-американского союза. Потеря Японии означала бы для США утрату важного стратегического партнера в защите своих интересов не только на Дальнем Востоке, но и во всем Азиатско-Тихоокеанском регионе. Значительные изменения середины 90-х годов в АТР в геополитическом плане, еще более обеспокоили Соединенные Штаты.

Бывший премьер-министр Японии, Ясухиро Накасонэ, полагает, что окончание «Холодной войны» так и не привело к тем драматическим переменам в АТР, которые происходили в Европе. В Азиатско-Тихоокеанском регионе по-прежнему существуют элементы нестабильности, сохраняется «многополярный характер» взаимоотношений между странами по вопросам обеспечения безопасности.[298]

В регионе до сих пор сохраняется нестабильность и угроза войны. Например, на Корейском полуострове по прежнему отсутствует какой-либо прогресс по демилитаризации полуострова и объединению двух разделенных государств. Китай и Тайвань по-прежнему не могут прийти к соглашению об объединении в единое пространство. По обе стороны имеются как противники объявления Тайваня независимым, так и противники создания единого государства.

Территориальный спор между Японией и Россией так и не был разрешен даже после завершения «холодной войны».[299] Проблема северных территорий остается весьма сложным вопросом, мешающим конструктивным политическим и экономическим отношениям двух стран.

В таких официальных японских документах как «Голубая книга» МИД, «Белая книга по обороне» Японии в начале 90-х годов ХХ века иерархия угроз выглядит следующим образом: 1) Россия, 2) «Корейский вопрос», 3) Китай 4) Проблема территориальных «споров» в Южно-Китайском море.

На основании официальных документов, можно с уверенностью сказать, что Япония в начале 90-х годов, все еще рассматривала Россию, в качестве основной угрозы, которая стала правопреемницей Советского Союза. Подобное мнение Токио было небезосновательно, поскольку нерешенность всё той же территориальной проблемы, наличие на Российском Дальнем Востоке крупных вооруженных сил, мощного вооружения, отсутствие в России четкой военной стратегии, сильного правительства, низкий моральный климат в российской армии, слабый контроль над вооружениями и не согласованность политики Москвы с командованием в Хабаровске и Владивостоке.

Также стоит отметить, что Токио абсолютно не устраивала политика Б. Ельцина, приводящая к нестабильности на постсоветском пространстве, коррупции и бандитизму, и потворствовавшая распространению российского оружия, в том числе и ядерного, в страны Средней и Восточной Азии. Для Вашингтона же, в свою очередь, наибольшую экономическую угрозу представляли бурно развивающиеся Китай и Южная Корея, стремившиеся к господству в Азии. Конечно же, Соединенные Штаты пока еще не списывали Россию со счетов, но уже не считали её главной угрозой, в отличие от Японии. Стоит также отметить, что между Россией и США в начале 90-х годов были подписаны новые договора по сокращению различных типов вооружений.

В те годы США навязывали России выгодные им соглашения по сокращению вооружений. Американцы сокращали у себя только то вооружение, которое стало им ненужным в новых условиях. Россия же сокращала все подряд.

В начале 90-х годов в отношениях Вашингтона и Токио наметились кризисные явления, несмотря на схожесть их геополитических позиций.

Существует несколько причин охлаждения отношений между союзниками. Во-первых, это исчезновение угрозы со стороны коммунистического блока, которая была, по сути, основной для создания японо-американского союза, во-вторых, когда политические отношения между Вашингтоном и Токио ослабли, это, в свою очередь, привело к усилению экономических противоречий, которые давно созрели и в начале 90-х годов дали свои плоды в открытой экономической борьбе между Японией и США. Речь идет, прежде всего, об огромном положительном сальдо Японии в торговле с Соединенными Штатами. Собственно японо-американские отношения в экономической сфере уже достаточно давно находятся в сложном положении.

Примечателен тот факт, что еще в 1954 году Джон Фостер Даллес, который в то время был советником госдепартамента США как-то сказал: «Япония не сможет вести свою деятельность на американском рынке, поскольку она не производит ту необходимую продукцию, которая востребована в Соединенных Штатах».[300] Тем не менее, именно, в 50-е – 60-е годы экономика Японии стала бурно расти. Основная доля японского экспорта шла как раз в США. Японский экспорт в США в 1965 году впервые превысил импорт. Тогда это было расценено как случайность и временное явление, однако положительное сальдо продолжало расти. Например, с 1967-1972 года дефицит Соединенных Штатов в торговле с Японией вырос с 0,5 миллиарда долларов до 3,5 миллиардов долларов в год. Например, с 1967-1972 год, дефицит в торговле Соединенных Штатов с Японией вырос с 0,5 миллиарда долларов до 3,5 миллиардов долларов в год. В 1976-1978 годы дефицит увеличился до 8 миллиардов долларов, а в 1978 году он составил 12 миллиардов долларов.[301]

К 1996 году дефицит достиг огромной суммы в 50 миллиардов долларов и, при этом, продолжал расти. Переговоры по вопросам внешней торговли между Токио с Вашингтоном, проходившие в середине 90-х годов зашли в тупик.

В феврале 1994 года премьер-министр Японии Хосокава и президент США Билл Клинтон публично заявили о том, что не могут достигнуть компромисса в области внешней торговли. Тем не менее, дальнейшие события показали, хотя ситуация на тот момент казалась исключительно серьезной, что в двухсторонних отношениях не было неразрешимых проблем. Последующие переговоры министра финансов Ц. Хаты и министра торговли М. Кантора немного разбавили негативный осадок, однако, накопившиеся проблемы, связанные, в первую очередь, с внешнеторговым балансом, так и не удалось решить

Также на ухудшение японо-американских отношений во многом оказывало влияние общественное мнение, выражавшее сомнение касаемо целесообразности сохранения подобного союза.[302]

Дискуссии по этой проблематике велись как в США, так и в Японии.

Збигнев Бжезинский говорил, что «если бы американо-японские отношения строились бы, исключительно, на основании общественного диалога, то к середине 90-х годов они находились бы в критическом состоянии»[303]. Если же экономические проблемы и брожения в американском и японском обществах имели место достаточно давно в отношении необходимости сохранения союза, то такой напряженности в политических кругах еще не было. США давно пытались подтолкнуть Японию к более активной внешней политике, тем не менее, позиция Токио, например, в отношении войны в Персидском заливе в 1991 году просто шокировала и возмутила Вашингтон.[304] Вторжение Ирака на территорию Кувейта в августе 1991 года вынудило США и ООН предпринять необходимые меры по усмирению Саддама Хуссейна, названные, впоследствии, «Войной в персидском заливе». Япония как союзница США и страна, позиционирующая себя мировой державой, так же не имела права остаться в стороне. Тем не менее, «мирный» характер японской конституции налагал запрет на вывоз сил самообороны Японии за пределы страны.

Японское руководство тогда предложило два варианта: либо это денежная помощь, которая не была ограничена японской конституцией, либо отправка японских войск в персидский залив в качестве обслуживающего персонала, не участвующего, непосредственно, в боевых действиях, а также необходимая финансовая и техническая поддержка.[305] Первый вариант был более предпочтителен для Японии, как «поборницы мира». А вот второй вариант наталкивался на ограничения, связанные с той же "мирной" девятой статьей японской конституции. Несмотря на запрет, к нему склонялось большинство из руководителей Либерально-демократической партии, включая молодых лидеров, таких как Хасимото и Одзава и, собственно, Ясухиро Накасонэ.[306] Однако, этот вариант не вызвал одобрения у общественного мнения. Некоторые политические силы в Японии, играя на пацифизме общественного настроения, призывали ограничиться лишь финансовой помощью и не подвергать опасности жизнь японских военных. Японские правящие круги, опасаясь обострения политической ситуации внутри страны, остановились на первом варианте.

Тем временем, война в Персидском заливе развивалась. Нерешительность японцев вызывала у союзников не прикрытое недовольство. Решение же Японии ограничиться только лишь экономической поддержкой военной операции просто возмущало Европу и США, которые полагали, что японцы хотят просто-напросто «откупиться» от участия в боевых действиях. Премьер-министр Тосики Кайфу и его кабинет, чтобы хоть как-то сгладить напряженные отношения с США по этому вопросу, в итоге поддержали 30 ноября резолюцию ООН по иракскому вопросу.[307] Но было уже слишком поздно.

Достаточно сложно судить о том, правильно ли поступило тогда японское руководство, отказавшись от отправки в зону боевых действий своих войск. Тем не менее, Япония, считая себя мировой державой, должна была участвовать в войне в персидском заливе. Может быть, после участия в этой войне, Япония смогла бы при поддержке мирового сообщества пересмотреть свой статус исключительно «мирной державы» и войти в состав Совбеза ООН. Однако, ситуация могла бы пойти другому сценарию, реальное участие японских войск в боевых действиях в Ираке, привело бы к массовым протестам в Японии, которые, скорей всего, привели бы к отставке правительства и серьезно обескровило бы электорат ЛДП на будущих выборах. Вашингтон же, в свою очередь, делал основную ставку, именно, на ЛДП, поскольку представители этой партии стремились к военно-политическому сотрудничеству с Соединенными Штатами. Необходимо также учесть один момент, по которому японское правительство принимает решения только на основе консенсусов, а, именно, решений, устраивающих все японское общество, что, в свою очередь, порождает несвоевременность действий и определенную осторожность правящего кабинета.

Тем не менее, Япония все-таки приняла участие в боевых действиях. Японией было выделено 13 миллиардов долларов для материальной поддержки сил ООН, при этом еще и предложила использовать свои ВВС для перевозки беженцев из зон боевых действий.[308] Однако применение ВВС Японии в войне японский парламент так и не одобрил. Стоит заметить, что оговоренная сумма превышала на тот момент все расходы США в войне в персидском заливе.[309] Подводя итог, можно сделать вывод, что подобное решение было продиктовано всем послевоенным периодом во внешней политике Японии.

Проблемы во взаимоотношениях США и Японии, как показало время, носили лишь временный характер, поскольку в середине девяностых годов ХХ века происходят существенные изменения в АТР, повлиявшие на новое сближение Вашингтона и Токио.

Серьезную озабоченность у США и у Японии стала вызывать, увеличивающаяся экономическая мощь и влияние Китая в регионе. Проведенные Китаем ядерные испытания в 1995 году, еще больше усилили опасения японцев и американцев в отношении гегемонистских устремлений Пекина. Рост военных расходов Китая, также заставлял союзников задуматься. В 1997 году Пекин потратил на военные нужды почти 36,6 миллиардов долларов, при этом, не сильно уступая в расходах Японии - 40,9 миллиардов долларов.[310] Однако до сих пор бытует мнение, что тогда истинные расходы на оборону Китая сильно превышали заявленную сумму.

Между Японией и Китаем существует достаточно острая и давняя территориальная проблема, которая связанна с островами Дяоюй (Сэнкаку), находящимися под контролем Японии. А в конце сентября 1995 года, ситуация стала еще больше усугубляться, так как группа из 18 человек из Гонконга и Тайваня решила осуществить высадку на один из спорных островов, чтобы сорвать японский флаг на одном из сооружений, тем самым продемонстрировав принадлежность данных островов Китаю. Подобная выходка вынудила Японию снова заявить КНР, Гонконгу и Тайваню о своих правах на эту территорию. [311]

Большую напряженность в регионе до сих пор вызывает проблема воссоединения КНР и Тайваня. Данный вопрос находится под пристальным вниманием, как Токио, так и Вашингтона. Крупномасштабные учения военных КНР в 1996 году в Тайваньском проливе вызвали серьезную обеспокоенность мирового сообщества. Уильям Пери, министр обороны Соединенных Штатов характеризовал те события как «взрывоопасные».[312] НОАК провели ракетные стрельбы всего в нескольких десятках милях от Тайваня.

При этом китайцы также провели крупную передислокацию своих войск (150 тысяч человек) напротив Тайваня вдоль побережья Китая. В планы НОАК входило проведение в Тайваньском проливе масштабных военных учений с реальными целями.[313] Данные действия привели к международному кризису. Самое примечательное было то, что учения НОАК проходили в период первых демократических президентских выборов на Тайване. Американские власти в ответ на действия китайской армии отправили две боевые авианосные группы в Тайваньский пролив. Несмотря на то, что Тайваньский кризис 1996 года удалось уладить, тем не менее, осадок остался и доверять миролюбивым заявлениям КНР в ООН уже не могли.

Обострение ситуации на Корейском полуострове, также продолжает вызывать серьезную озабоченность у Вашингтона и Токио. В Белой книге по обороне от 1994 года, главной угрозой безопасности Японии становится КНДР, а не СССР и его правопреемница Россия.[314] Поводом для подобного выбора стала острая напряженность и возможность войны в любой момент на Корейском полуострове. Наиболее остро стоял вопрос о возможности распространения оружия массового поражения и создания ядерного оружия в КНДР. Расположение крупных американских баз в Южной Корее, как полагают в Вашингтоне, в Токио и в Сеуле, является единственной возможностью избежать вооруженного конфликта «Севера» и «Юга».[315] Нежелание работать с международными организациями и скрытность в отношении исследований и военных разработок, порождает неприязнь и недоверие всего мира в отношении Пхеньяна. Экономика Северной Кореи достаточно давно находиться в кризисе, поэтому, чтобы не допустить дестабилизации обстановки внутри КНДР, которая может привести к непредсказуемым последствиям, Токио проводит продовольственную программу помощи северным корейцам в рамках программы «официальной помощи для развития». Руководство США и Японии до сих пор пытаются вести переговоры касаемо нормализации дипломатических отношений с Северной Кореей и возможности создания единой Кореи.

Несмотря на явное ухудшение взаимоотношений между США и Японией, в Вашингтоне и в Токио прекрасно понимали всю необходимость сохранения военно-политического союза. Потеря Японии для США имела бы негативные последствия, связанные с утратой верного союзника, опорного пункта, а также масштабное ослабление позиций Вашингтона в АТР. США вынуждены были бы пересматривать свою политику и искать нового союзника в данном регионе. Для США огромную важность имеет удобное стратегически важное местоположение Японии, а также тот факт, что она самостоятельно оплачивает почти 70% расходов на содержание американских военных баз.[316] Возможно, в случае распада военно-политического союза, США смогли бы найти себе нового верного союзника, им мог бы стать Южная Корея, Австралия или может быть даже КНР. «Новый друг» потребовал бы от Соединенных Штатов серьезных финансовых затрат, которые, возможно, не окупили бы себя и не гарантировали бы им той зависимости от внешней политики Вашингтона, которая была у Японии за последние 50 лет. Подобное развитие событий вызвало бы дестабилизацию во всем АТР, что подорвало бы позиции США в регионе.

Не смотря на высказывания по поводу увеличения самостоятельности Японии на международной арене, японские правящие круги так же хотели сохранить японо-американский союз. За последние 50 лет японское руководство уже не в состоянии позиционировать себя без США, как во внешнеполитическом, так и экономическом плане.

Статус мирной конституции Японии не позволяет ей иметь полноценную армию и флот, хотя есть достаточно боеспособные Силы Самообороны, а «три неядерных принципа» запрещают обладать, производить и ввозить ядерное оружие. Тем не менее, в АТР сохраняется напряженность, о которой идет речь в «Совместной декларации о гарантии безопасности между США и Японией», подписанной в 1996 году.[317] Помимо этого, для японской продукции США являются крупнейшим рынком сбыта и его потеря влечет за собой серьезные негативные последствия для экономики Японии.

С середины 90-х годов между Вашингтоном и Токио начинается новый этап взаимоотношений. Он был связан, прежде всего, с взаимным стремлением к сохранению и укреплению союза в XXI веке.

Первый документ, который стал основой для реформирования японо-американской системы, стал договор об «Основных направлениях программы национальной обороны с 1996 года».[318]

Важным событием для японо-американского союза стало подписание президентом Соединенных Штатов Биллом Клинтоном и премьер-министром Японии Рютаро Хасимото 17 апреля 1996 года «Совместной декларации безопасности».[319] В честь этого премьера была названа новая военная доктрина Японии – «Доктрина Хасимото», которая будет рассмотрена в отдельном параграфе.

А документ «Руководящие принципы японо-американского сотрудничества в области обороны», подписанный 23 сентября 1996 года, стал еще одним шагом в реформировании союза.[320]

Необходимо отметить тот факт, что до 1996 года японская оборонная политика руководствовалась такой специальной программой, как «Основные направления в области безопасности», которая была принята еще в 1976 году.[321] Программа была рассчитана на 20 лет и заканчивалась в 1996 году. Поэтому, в связи со сменой международной обстановки, японское руководство, выработало при помощи американских военных, новую военную доктрину и оборонную концепцию.

 





Рекомендуемые страницы:

Воспользуйтесь поиском по сайту:
©2015- 2021 megalektsii.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.