Главная | Обратная связь
МегаЛекции

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения. 10 глава





Потом мы сидели на песке, как делали уже много‑много раз. Ти‑Джей сел сзади меня, а я откинулась ему на грудь. Он обнял меня. Я представила свою семью там, дома, вокруг большого дубового стола в столовой родительского дома за рождественским ужином. Мама, должно быть, весь день готовила, а папа крутился рядом с ней, путаясь под ногами.

– Интересно, добр ли Санта в этом году к Хлое и Джо? – подумала я вслух, жалея, что не видела, как растут племянники.

– Сколько им сейчас? – спросил Ти‑Джей.

– Джо восемь, а Хлое только‑только исполнилось шесть. Надеюсь, они еще верят в Санту.

Если им никто не рассказал правду, то, наверное, да.

– Клянусь, что в следующем году мы встретим Рождество вместе уже в Чикаго. – Ти‑Джей стиснул меня и прижал к себе крепче. – Но ты должна пообещать, что не сдашься, ладно?

– Хорошо, – согласилась я. Теперь мы оба чувствовали себя отвратительно.

Календарь в ежедневнике заканчивался этим месяцем, и теперь придется придумать новый способ отслеживать даты в 2005 году.

А может, не стоит и заморачиваться.

 

 

Глава 34 – Ти‑Джей

 

На следующий день после Рождества мы с Анной прогуливались по пляжу, держась за руки. Ночью оба спали беспокойно. С утра Анна была не слишком настроена разговаривать, но я надеялся, что она повеселеет теперь, когда праздники закончились.

Вдруг я заметил, что с лагуной приключилось нечто странное. Вода отступила почти до самого рифа, оставив за собой широкую полосу почти сухого песка.

– Посмотри, Анна. Что происходит?

– Не знаю, – ответила она. – Никогда такого не видела.

В лужах беспомощно подпрыгивали рыбешки.

– Странно.

– Очень странно, не понимаю, что творится. – Она приложила ладонь козырьком к глазам: – Что это там такое?

– Где? – Я прищурился, пытаясь разглядеть, на что она уставилась. На горизонте виднелось что‑то синее, не укладывающееся в голове, потому что оно было чудовищных размеров.

И чем бы это ни было, ревело оно оглушительно.



Анна закричала. И я сразу же все понял. Схватил ее за руку, и мы побежали.

Легкие горели.

– Бегом, Анна, быстрее, быстрее! – Я оглянулся через плечо и, увидев мчащуюся на нас стену воды, дотумкал, что неважно, как быстро мы бежим. У нашего плоского острова нет ни единого шанса.

Спустя считанные секунды нас накрыло волной, и поток вырвал руку Анны из моей хватки. Вода поглотила Анну, меня, остров.

Вода поглотила все.

 

 

Глава 35 – Анна

 

Накрыв нас, волна толкнула меня вперед, а потом затянула под себя. Я крутилась и переворачивалась под водой так долго, что думала, легкие взорвутся. Зная, что не смогу долго задерживать дыхание, я брыкалась и пиналась изо всех сил, чтобы вырваться на поверхность, к сияющему солнцу. Голова вынырнула, и я принялась кашлять и хватать ртом воздух.

– Ти‑Джей! – закричала я, и рот тут же наполнился водой. Вокруг плавали бревна, обломки досок, кирпичи и куски бетона – непонятно, откуда все это взялось.

Я подумала об акулах и запаниковала, молотя руками и задыхаясь. Сердце билось так часто, что, казалось, вот‑вот выпрыгнет из груди. Горло сжалось, и я дышала словно через соломинку. В голове прозвучал голос Ти‑Джея: «Дыши медленнее, Анна» .

Я медленно втянула воздух, увертываясь от обломков. Пытаясь держать голову над водой, поплыла на спине, чтобы экономить силы. Я снова и снова выкрикивала имя Ти‑Джея, пока не охрипла и мои отчаянные вопли не превратились в шепот. Я умолкла, пытаясь услышать голос, зовущий меня, но вокруг была только тишина.

Нахлынула новая волна, не такая мощная, как первая, но она тоже затащила меня в глубину и завертела как щепку. Я снова выкарабкалась на солнечный свет. Вынырнув, глубоко вдохнула и заметила в воде большое пластмассовое ведро. Дотянулась до ручки и вцепилась изо всех сил. Плавучесть ведра немного помогала мне удерживаться на поверхности.

Море успокоилось. Я огляделась, но вокруг простиралась пустая безбрежная синева.

Шли часы, и постепенно температура тела снизилась. Я дрожала, из глаз текли слезы, а все мысли были заняты гаданием, когда же приплывут акулы – ведь они неизбежно появятся. Возможно, хищницы уже кружат подо мной.

Ведро помогало мне удерживать голову над водой, но требовалось постоянно менять позу, приспосабливаясь к волнам, чтобы ведро все время плыло под углом и не затонуло подо мной. Я уже совсем выдохлась.

Все бы отдала, заплатила бы любую цену, лишь бы снова оказаться на острове с Ти‑Джеем. С радостью прожила бы там всю жизнь, останься он рядом со мной.

Я задремала и встрепенулась, когда лицо захлестнуло водой. Ведро выскользнуло из пальцев и отплыло на несколько метров в сторону. Я попыталась догрести до него, но не могла пошевелить ни рукой, ни ногой. Голова ушла под воду, и я с трудом всплыла.

Подумала о Ти‑Джее и улыбнулась сквозь слезы.

«Тебе нравятся «Пинк Флойд?»

«Хотел достать тех маленьких зеленых кокосиков, которые тебе нравятся».

«Знаешь что, Анна? А ты классная» .

Я разревелась, выплескивая горе наружу. Голова оказалась под водой, и я дернулась, на пределе сил стараясь вынырнуть.

«Я никогда не оставлю тебя одну, Анна. Если это будет в моих силах».

«Думаю, ты тоже любишь меня, Анна» .

Я снова ушла под воду и, когда вырвалась на поверхность, уже знала, что это в последний раз. Меня охватила паника пополам со смертным страхом, и я закричала, но была столь обессилена, что вопль прозвучал не громче писка. Но едва подумав: «Вот он, конец моей жизни» , я услышала шум вертолета.

 

 

Глава 36 – Ти‑Джей

 

Обрушившись на нас, волна мигом утащила Анну прочь и принялась швырять меня из стороны в сторону. Я кашлял, задыхался и не мог нормально вдохнуть, потому что волны накрывали голову каждый раз, когда я умудрялся вынырнуть.

– Анна! Анна! – кричал я, стараясь, чтобы вода не попадала в горло.

Я покрутился на месте, но нигде не увидел ничего похожего на Анну.

«Где же ты, Анна?»

В ногу врезалось бревно, и тело пронзила вспышка боли. Вокруг меня было полно обломков, но ничего достаточно большого, за что можно было бы схватиться, чтобы не дать бурному морю поглотить себя.

Я задышал ровнее, стараясь не паниковать.

«Она должна бороться. Не должна сдаваться» .

Я плыл на спине, экономя силы, громко звал Анну и настороженно прислушивался, ожидая отклика. Ничего, кроме тишины.

Нахлынула вторая волна, на этот раз поменьше, и меня снова утянуло в пучину. Вынырнув, я чудом увернулся от проплывающей мимо коряги и успел вцепиться в нее. Мысль об Анне, пытающейся удержать голову над водой, убивала меня. Анна боялась остаться одна на острове, но оказаться в одиночестве посреди океана – вот кошмар, о котором даже не думал ни один из нас. Анна говорила, что со мной чувствует себя в безопасности, но сейчас я не мог ее защитить.

«Я оставил тебя одну, Анна, только потому, что ничего не мог поделать» .

Я выкрикнул ее имя, затем с минуту помолчал, прислушиваясь, и попробовал снова. Голос осип, а горло горело от жажды. Солнце высоко в небе опаляло кожу – лицо уже пощипывало от ожога.

Промокшая коряга утонула. Держаться больше было не за что, поэтому я принялся чередовать гребки с отдыхом на спине.

Я изо всех сил старался держать голову над водой. Время шло, и я все больше и больше уставал. Прищурившись, посмотрел вдаль и заметил в воде деревянную балку. Я едва смог шевелить ногами и руками, чтобы подплыть к ней вплотную. Схватился за бревно и до чертиков обрадовался, что оно выдерживает мой вес, не уходя под воду. Положив щеку на дерево, я взвесил возможные варианты.

И вскоре пришел к выводу, что никаких вариантов нет.

 

 

Глава 37 – Анна

 

Рядом со мной в воду плюхнулся мужчина в гидрокостюме. Он что‑то говорил, но я не слышала его из‑за шума лопастей вертолета. Спасатель одной рукой удерживал мою голову над водой, а другой дал кому‑то знак опускать корзину.

Я даже не была уверена, происходит ли это на самом деле или во сне. Мужчина положил меня в корзину, она взмыла вверх, и другой человек втащил меня в вертолет. Они снова опустили корзину и подняли из воды спасателя в гидрокостюме.

Я невольно тряслась в футболке и шортах. Меня завернули в одеяла, и я, всеми силами превозмогая самую тяжкую в жизни усталость, попыталась озвучить слова, бесконечно крутящиеся у меня в голове.

– Ти‑Джей. – Я смогла лишь прошептать его имя, и никто из пассажиров вертолета меня не расслышал. – Ти‑Джей, – повторила я чуть громче.

Мужчина приподнял мою голову и поднес к губам бутылку воды. Я пила, утоляя нестерпимую жажду. Прохладная вода облегчила боль в горле, и я вновь обрела голос.

– Ти‑Джей! Ти‑Джей остался внизу. Вы должны его найти!

– У нас мало горючего, – сказал мужчина. – И нужно скорее доставить вас в больницу.

Я пыталась понять, что он такое говорит.

– Нет! – я села, хватая спасателя за плечи. – Ти‑Джей там, внизу! Нельзя его бросать!

Меня захлестнула истерика, и я закричала на весь вертолет. Мужчина попытался меня успокоить:

– Я скажу пилоту дать сигнал тревоги другим вертолетам. Парня разыщут. Все будет хорошо, – говорил он, сжимая мое плечо.

Я не могла выбросить из головы образ Ти‑Джея, исчезающего под водой навсегда. Я отключилась, погрузившись в мир глубоко внутри себя, где не было необходимости думать или чувствовать. Возвращение домой к семье, сцена, которую я проигрывала в уме сотни раз за последние три с половиной года, на сей раз не вызвала во мне никаких эмоций.

Вертолет резко повернул – мы держали курс на больницу, оставив Ти‑Джея позади, одного посреди океана.

 

 

Глава 38 – Ти‑Джей

 

Сначала я не смог идентифицировать звук, но внезапно понял, что негромкое «вжик‑вжик‑вжик» издают лопасти вертолета где‑то вдалеке.

Звук стал тише и вскоре умолк.

«Вернитесь! Пожалуйста, вернитесь!»

Но вертолет не вернулся. Надежда сменилась отчаянием, и я понял, что скоро умру. Силы убывали, уже было тяжело просто цепляться за деревяшку. Температура тела упала, все болело.

Я представил лицо Анны.

«Сколько парней в мире могут похвастаться, что их любили так, как любила меня она?»

Пальцы сползли с балки, и я попытался снова ухватиться за нее. Я кое‑как держался, поминутно проваливаясь в дрему.

Дернулся, когда приснились акулы. Тихий звук вдали стал громче.

Теперь я сразу узнал этот звук.

Надежды вновь воспарили ввысь, но силы были уже на исходе, и я выпустил бревно. Пальцы скользнули по мокрому дереву, голова нырнула под воду, и я начал медленно погружаться в глубину. Я инстинктивно задерживал дыхание, но в конце концов сдался.

Я парил в океане пустоты, бестелесный, бездумный, пока меня не поглотило новое ощущение. Смерть все же не будет безболезненной. Это чертовски больно, и кошмарная тяжесть давит мне на грудь.

Внезапно давление исчезло. Изо рта хлынула морская вода, и я открыл глаза. Рядом со мной стоял на коленях мужчина в гидрокостюме, равномерно нажимая мне на грудь. Спиной я лежал на чем‑то твердом и догадался, что нахожусь в вертолете. Я глубоко вдохнул и, едва в легких оказалось достаточно воздуха, просипел:

– Возвращайтесь! Нужно найти ее!

– Кого? – спросил спасатель.

– Анну! Нужно найти Анну!

 

 

Глава 39 – Анна

 

Я почти не чувствовала своего тела. Мужчина осторожно потряс меня за плечо. Говорить не хотелось, но он не прекращал спрашивать, слышу ли я его. Повернувшись на голос, я моргнула и попыталась сфокусировать на спасателе расплывающийся взгляд опухших залитых слезами глаз.

– Как вас зовут? – спросил он. – Другой вертолет только что достал из воды мужчину. – Я попыталась сесть, боясь пропустить хоть слово. – Говорят, он требует отыскать какую‑то Анну.

На осмысление сказанного ушло несколько секунд, но, наконец осознав, что это значит, я впервые в жизни испытала подлинный восторг.

– Я Анна. – Обхватив себя руками, я принялась раскачиваться туда‑сюда, не переставая всхлипывать.

Мы приземлились у больницы, меня положили на каталку и отвезли внутрь. Двое санитаров, не говоривших по‑английски, перенесли меня с каталки на койку. По дороге мы проехали мимо настенного телефона‑автомата.

«Телефон. Здесь есть телефон» .

Я повернула голову к аппарату и испугалась, не сумев сразу вспомнить телефонный номер родителей.

Больница была переполнена. Люди сидели на полу в холле, дожидаясь врачей. Ко мне подошла медсестра и что‑то ласково произнесла на непонятном языке. Улыбаясь и поглаживая меня по руке, она ввела мне иглу в вену и повесила на стойку рядом с кроватью капельницу.

– Мне нужно найти Ти‑Джея, – сказала я, но женщина лишь покачала головой и, заметив, что я дрожу, накрыла меня одеялом.

Хаос множества голосов с редкими вкраплениями английской речи грохотал у меня в ушах громче, чем что‑либо еще за последние три с половиной года. Я вдохнула запах дезинфицирующего средства и моргнула, пытаясь унять резь в глазах от яркого света флуоресцентных ламп. Кто‑то вытолкнул мою койку в коридор за углом. Я лежала на спине, стараясь не уснуть.

«Где же Ти‑Джей?»

Хотелось позвонить родителям, но не было сил пошевелиться. На минуту я провалилась в сон, но внезапно проснулась, услышав приближающиеся шаги. Кто‑то сказал:

– Ее только что доставила береговая охрана. Наверное, вы ищете именно эту женщину.

Несколько секунд спустя с меня откинули одеяло и Ти‑Джей переполз со своей койки на мою, стараясь не спутать трубки наших капельниц. Он обнял меня и зарылся лицом в шею. По моему лицу бежали слезы облегчения от того, что я снова держала в объятиях его крепкое тело.

– У тебя получилось, – дрожа, выдохнул он и прошептал: – Я люблю тебя, Анна.

– Я тоже тебя люблю. – Я попыталась рассказать ему о телефоне, но усталость брала свое, и мои слова превратились в невнятное бормотание.

Потом я уснула.

 

* * *

– Вы меня слышите? – Кто‑то осторожно тряс меня за плечо. Я открыла глаза и на секунду растерялась, не понимая, где я.

– Английский, – прошептала я, увидев, что мужчина передо мной – голубоглазый светловолосый американец лет тридцати пяти. Я покосилась на Ти‑Джея, но его глаза были по‑прежнему закрыты.

«Телефон. Где же тот телефон?»

– Меня зовут доктор Рейнолдс. Простите, что к вам долго никто не подходил. У нас недостаточно оборудования и кадров для ликвидации последствий стихийных бедствий. Медсестра сняла с вас обоих основные показатели, и они оказались в норме, поэтому я решил дать вам выспаться. Вы спали почти двенадцать часов. У вас что‑то болит?

– Местами немного саднит. И хочется есть и пить. – Врач жестом попросил проходившую мимо медсестру принести воды. Та кивнула и быстро вернулась с небольшим графином и двумя одноразовыми стаканчиками. Доктор наполнил один из них и помог мне сесть. Я опустошила стакан и в замешательстве огляделась. – Почему здесь так много людей?

– На Мальдивах ввели чрезвычайное положение.

– Почему?

Он удивленно уставился на меня:

– Из‑за цунами, конечно.

Ти‑Джей зашевелился и открыл глаза. Я помогла ему сесть, а доктор налил воды во второй стаканчик. Ти‑Джей осушил его одним глотком.

– Ти‑Джей, случилось цунами.

Секунду он оторопело смотрел на меня, но затем потер глаза и переспросил:

– Серьезно?

– Да.

– Вас привезла береговая охрана? – спросил доктор Рейнолдс, снова наливая нам воды.

Мы дружно кивнули.

– Откуда вы?

Мы с Ти‑Джеем переглянулись.

– Не знаем, – ответила я. – Мы три с половиной года числились пропавшими без вести.

– Что вы имеете в виду?

– Мы жили на одном из маленьких островков с тех самых пор, как у нашего пилота случился сердечный приступ и самолет упал в океан, – объяснил Ти‑Джей.

Доктор внимательно смотрел на нас, переводя взгляд с меня на Ти‑Джея и обратно. Возможно, присмотревшись к шевелюре Ти‑Джея, он наконец поверил услышанному.

– О Боже, так вы – те самые туристы? Пассажиры пропавшего гидросамолета. – Глаза врача округлились. Он сделал глубокий вдох и шумно выдохнул. – Вас сочли погибшими.

– Да, мы так и поняли, – сказал Ти‑Джей. – Поможете найти телефон?

Доктор Рейнолдс протянул Ти‑Джею мобильный.

– Можете воспользоваться моим.

Медсестра отсоединила нас от капельниц, и мы с Ти‑Джеем осторожно слезли с общей койки. Ноги подгибались, и Ти‑Джей поддержал меня, обняв за талию.

– Дальше по коридору есть небольшое подсобное помещение. Там тихо, и вы сможете уединиться. – Врач прищурился и покачал головой. – Не могу поверить, что вы действительно живы. Вас тогда несколько недель показывали во всех новостях.

Мы пошли за ним, но, не доходя до подсобки, я увидела женский туалет.

– Подождите меня, пожалуйста, – взмолилась я. Мужчины остановились, и я распахнула дверь, вошла внутрь и закрыла ее за собой, оказавшись в кромешной тьме. Я нашарила на стене выключатель и, когда загорелся свет, посмотрела сначала на унитаз, затем на раковину и наконец в зеркало.

Я совсем забыла, как выгляжу.

Приблизилась к зеркалу и принялась разглядывать свое отражение. Кожа была цвета кофейных зерен, и – Ти‑Джей не ошибся – так глаза казались еще голубее. На лице появилось несколько новых морщинок. Спутанные волосы посветлели на пару тонов. Я выглядела девчонкой с островов – косматой дикаркой.

Я вынудила себя оторваться от зеркала, спустила шорты и села на унитаз. Потянулась за туалетной бумагой. Отмотав кусок, потерла пипифаксом щеку, наслаждаясь мягкостью. Закончив, смыла за собой и вымыла руки, восхищаясь бегущей из крана водой.

Ти‑Джей и доктор Рейнолдс ждали меня в коридоре.

– Простите, что я так долго.

– Все нормально, – усмехнулся Ти‑Джей. – Я тоже ходил в туалет. Непривычно.

Он взял меня за руку, и мы последовали за доктором Рейнолдсом в подсобку.

– Я скоро вернусь. Проверю некоторых пациентов и позвоню в полицию. Детективы наверняка захотят с вами встретиться. И поищу для вас какой‑нибудь еды.

При упоминании о еде в желудке заурчало.

– Спасибо, – сказал Ти‑Джей.

После ухода доктора мы сели на пол. Вокруг громоздились полки с медикаментами. В комнатушке было тесно, но тихо.

– Ты первая, Анна.

– Уверен?

– Да.

Он протянул мне телефон. Через минуту я наконец вспомнила номер родителей. Тянулись гудки, рука с телефоном дрожала, я затаила дыхание. Затем раздался щелчок. Я открыла рот, но голос робота сообщил: «Номер, на который вы звоните, отключен или более не обслуживается».

Я посмотрела на Ти‑Джея.

– Их номер отключен. Наверно, переехали.

– Позвони Саре.

– Не хочешь сначала попробовать дозвониться до своих?

– Нет, давай ты. – Ти‑Джей заерзал в предвкушении. – Хочется, чтобы кто‑нибудь тебе ответил.

С колотящимся сердцем я набрала номер Сары. После четырех гудков кто‑то снял трубку.

– Алло?

«Хлоя!»

– Хлоя, позови, пожалуйста, к телефону маму.

– А кто ее спрашивает?

– Хлоя, дорогая, просто позови маму, ладно?

– Я должна спросить, кто звонит, а если мне не скажут – повесить трубку.

– Нет! Пожалуйста, не вешай трубку, Хлоя! – «Вспомнит ли она меня?» – Это тетя Анна. Скажи маме, что звонит тетя Анна.

– Привет, тетя Анна. Мама показывала мне твои фотографии. Она объяснила, что ты живешь на небесах. А у тебя есть крылышки как у ангела? Ой, мама забирает у меня телефон, пока.

– Послушайте, – сказала Сара. – Не знаю, кто вы, но очень жестоко так поступать с ребенком.

– Сара! Это Анна, не вешай трубку, это я, это правда я! – Я расплакалась.

– Кто это? Чего вы добиваетесь такими шутками? Вы не думаете, что можете причинить людям боль?

– Сара, мы с Ти‑Джеем не погибли при крушении самолета. Мы все это время жили на острове и, если бы не цунами, до сих пор там оставались бы. Сейчас мы в больнице в Мале.

– Что? О Боже, Боже! – Сестра закричала, зовя Дэвида, а потом так быстро затараторила, плача и всхлипывая, что я едва разбирала слова.

– Анна? Ты жива, жива? Ты правда жива?

– Да! – Я рыдала, а Ти‑Джей прыгал вокруг от возбуждения. – Сара, я звонила маме с папой, но их номер отключен. Они продали дом?

– Да, дом продан.

– Какой у них теперь номер? – Я огляделась в поисках ручки или чего‑нибудь, на чем можно записать цифры, но ничего не нашла. – Позвони им, Сара, сразу же, как закончишь говорить со мной. Скажи, что сперва я пыталась дозвониться им! Я тебе перезвоню и спрошу их номер, как только найду, чем записать. Скажи им, чтобы не отходили от телефона.

– Как вы будете добираться домой? – спросила сестра.

– Пока не знаю. Слушай, Ти‑Джей еще не звонил своим родителям. Пока что я ничего не знаю, но дам Каллаханам твой номер, чтобы вы держали связь. Жди их звонка, ладно?

– Хорошо. О, Анна, я даже не знаю, что сказать. Мы же тебя похоронили .

– Ну, я жива, и не могу дождаться возвращения домой.

 

 

Глава 40 – Ти‑Джей

 

Анна протянула мне мобильный. Я набрал свой домашний номер и замер в ожидании ответа. «Снимите же трубку. Cнимите! Cнимите!!»

– Алло? – Мама. При звуке ее голоса меня захлестнула волна эмоций. До той самой секунды я не осознавал, насколько соскучился. На глазах выступили слезы, и я отчаянно заморгал. Анна обняла меня.

– Мама, это Ти‑Джей. Не вешай трубку. – На другом конце молчали, и я продолжил: – Мы с Анной не погибли в авиакатастрофе. А жили на маленьком острове. После цунами нас спасла береговая охрана, и сейчас мы в больнице в Мале.

– Ти‑Джей? – Голос звучал странно, будто в трансе. Мама заплакала.

– Мама, дай трубку папе!

– Кто это? – рявкнул в трубку отец.

При звуке родного голоса меня снова накрыло волной эмоций и захотелось впитать ее до капли, но желание втолковать кому‑нибудь, что случилось и где мы находимся, пересилило. Ровным тоном я доложил:

– Папа, это Ти‑Джей. Не вешай трубку, просто послушай. Мы с Анной после падения самолета добрались до острова. После цунами нас спасла береговая охрана. Сейчас мы в больнице в Мале.

– О Боже, – выдохнул отец. – Это ты? Это правда ты, сынок?

– Да, это правда я.

– Вы все это время были живы? Как же вы жили?

– Было нелегко.

– Вы в порядке? Не ранены?

– Все нормально. Просто устали и замерзли. И есть хочется.

– Как Анна, в порядке?

– Да, сидит рядом со мной.

– Не знаю, что сказать, Ти‑Джей. Я нокаутирован. Дай минутку подумать. Нужно сообразить, как вас оттуда вытащить, – нашелся он.

Впервые за долгое время я сбросил с плеч тяжкий груз полной ответственности. Отец сам разберется, как доставить нас домой.

– Папа, Анна просит, чтобы ты позвонил ее сестре и держал ее в курсе.

Анна продиктовала номер телефона, и я повторил его в трубку.

– Мне очень не хочется прощаться, Ти‑Джей, но в Чикаго восемь вечера и нужно срочно сделать несколько звонков, пока еще не совсем поздно. Посадить вас на самолет может быть сложно из‑за одиннадцатого сентября. Если не смогу купить билеты на регулярный рейс, попробую забронировать чартер. Надеюсь, сумею организовать вам перелет на завтра. Можете уехать из больницы?

– Да, думаю, сможем.

– А добраться до гостиницы?

– Я спрошу, возможно, кто‑нибудь согласится нас подбросить.

– Как приедете в отель, набери меня и я дам номер своей кредитной карты.

– Хорошо, пап. С мамой все нормально?

– Да, она рядом. Рвется с тобой поговорить.

Я с трудом разбирал ее слова на заднем плане. Услышав мой голос, мама снова заплакала.

– Не переживай, мам, скоро буду дома. Не плачь. Дай трубку папе, ладно?

Когда на линии снова оказался отец, я сообщил, что мы встретимся с местной полицией, а затем попытаемся добраться до гостиницы, и оттуда я ему перезвоню.

– Хорошо, Ти‑Джей. Буду ждать.

– Он сейчас начнет звонить, – объяснил я Анне, нажав кнопку отбоя. – Сказал, что посадить нас на регулярный рейс может быть сложно из‑за одиннадцатого сентября.

– Что за одиннадцатое сентября?

– Без понятия. В общем, возможно, он арендует для нас частный самолет. Если получится найти кого‑нибудь, кто отвезет нас в гостиницу, надо будет позвонить папе оттуда и он даст номер своей кредитки. До завтра нам вряд ли удастся отсюда выбраться, Анна.

Она улыбнулась.

– Мы так долго ждали. Что такое еще один день?

Я обнял ее и притянул к себе.

– Мы возвращаемся домой. Домой!

Мы вышли из подсобки и отправились на поиски доктора Рейнолдса. Тот ждал в коридоре с двумя полицейскими. С ними был еще один мужчина в рубашке защитного цвета с вышитым на кармане названием чартерной авиакомпании.

Доктор Рейнолдс держал коричневый бумажный пакет с большим жирным пятном на боку. Улыбаясь, отдал его мне, и я тут же заглянул внутрь. Тако[7]. Я вытащил один и протянул Анне, а второй взял себе.

В хорошо прожаренную тортилью был завернут говяжий фарш с луком. По руке потек пряный соус. Я отвык от такого сытного запаха, от такого обалденного вкуса. Умирая от голода, я умял весь сандвич меньше чем за минуту.

Полицейские хотели побеседовать с нами, поэтому мы пошли за ними в пустой угол вестибюля. Я залез в пакет и достал нам с Анной еще по тако.

Полицейские говорили по‑английски с жутким акцентом, их слова едва удавалось разобрать. Мы ответили на все вопросы, рассказав о сердечном приступе Мика, о крушении и об острове.

– Поисково‑спасательная бригада нашла обломки самолета, но не обнаружила тел, – вздохнул полицейский. – Естественно было предположить, что вы утонули.

– Мик знал, что приводниться безопасно не удастся, и заставил нас надеть спасательные жилеты. Без них мы бы действительно утонули, – объяснила Анна.

– Спасатели искали тела, – продолжил второй полицейский, – но не слишком надеялись найти останки. Здесь водятся акулы.

Мы с Анной переглянулись.

– На берег вынесло кое‑какие обломки самолета, а еще мой рюкзак, чемодан Анны и спасательный плот. Тело Мика тоже прибило к берегу, – сказал я. – Мы похоронили его на острове.

У представителя авиакомпании тоже нашлось несколько вопросов.

– Если на берег вынесло спасательный плот, почему вы не включили радиомаяк?

– Потому что его там не было, – ответил я.

– На всех спасательных плотах имеются радиомаяки. По распоряжению береговой охраны ими должен быть оборудован любой самолет, летающий над водой.

– Ну, а на нашем плоту маяка не было, – отрезал я. – И, поверьте, уж мы‑то его искали во все глаза.

Мужчина записал нашу контактную информацию и протянул мне визитку.

– Пусть ва адвокат позвонит мне, когда доберетесь до Штатов.

Я положил визитку в карман шортов.

– Еще кое‑что, – добавил я, вновь поорачиваясь к полицейским. – До нас на острове жил какой‑то человек. – Мы с Анной рассказали о хижине и о скелете в пещере. – Так что если вы искали еще одного пропавшего без вести, то мы его нашли.

Закончив беседу, мы спросили доктора Рейнолдса, не сможет ли кто‑нибудь отвезти нас в гостиницу.

– Я могу, – вызвался он.

Рейнолдс водил старенькую «хонду цивик». Кондиционера в машине не было, поэтому мы опустили оконные стекла. Доктор выехал со стоянки, и я восхитился зрелищем, которого так давно не видел: дорогами, автомобилями, домами. Я вдыхал выхлопные газы, ничем не похожие на запахи острова. Увидев указатель на гостиницу, я невольно расплылся в улыбке, наконец осознав, что у нас с Анной на эту ночь будет комната, душ и настоящая постель.

– Спасибо за все, – поблагодарили мы доктора Рейнолдса, высадившись перед отелем.

– Удачи вам обоим, – пожелал он, пожимая мне руку, и приобнял Анну.

Отель не сильно пострадал. Дворники убирали мусор с тротуара перед зданием, когда мы с Анной вошли в крутящиеся двери. Гости отеля собрались в вестибюле, некоторые с багажом.

Все уставились на нас. Наверно, здесь не обслуживали людей без рубашек и обуви, а в тот момент я нарушал это правило. Мельком я увидел наше отражение в большом зеркале на стене. Выглядели мы, мягко говоря, непрезентабельно.

Я зашагал вслед за Анной к стойке регистрации, где стояла женщина и что‑то печатала на компьютере.

– Вы хотите снять номер? – спросила она.

– Да. Один номер, пожалуйста, – сказал я. – Можно телефон?





Рекомендуемые страницы:

Воспользуйтесь поиском по сайту:
©2015- 2020 megalektsii.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.