Главная | Обратная связь
МегаЛекции

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения. 12 глава





– Хочешь сначала принять душ? – спросила Сара.

– Ага, – кивнула я, схватила серые штаны для йоги и белую водолазку. И, конечно, голубой свитер. В угловой тумбочке хранились носки, лифчики и трусики. Собрав одежду в охапку, я закрылась в ванной и долго стояла под душем.

Вещи на мне болтались, но были знакомыми и теплыми. Я вышла в гостиную и устроилась на диване.

– Стефани уже едет, – сообщила Сара, протягивая мне чашку кофе.

Я улыбнулась, услышав имя лучшей подруги.

– Ужасно по ней соскучилась. – Я глотнула кофе. Что‑то в него добавлено. – Ликер «Бейлис»?

– Подумала, что капелька спиртного тебе не помешает.

– Ладно, но только чуть‑чуть. Сейчас я очень восприимчива к алкоголю. – Я сжала теплую чашку в ладонях. – И как мама справлялась после папиной смерти? – спросила я.

– Неплохо. Она отказалась продавать дом, поэтому Дэвид взял на себя работу во дворе, и мы нанимали дворника, чтобы чистил от снега подъездную дорожку и тротуары. Старались не дать маме почувствовать себя одинокой.

– И насколько серьезным был рак?

– Протекал не очень хорошо. Но мама боролась до самого конца.

– Ее определили в хоспис?

– Нет. Она умерла дома, как и хотела.

Мы допили кофе. Вернулся Дэвид с бейглами, и Сара заставила меня поесть.

– Ты кошмарно исхудала, – сказала она, намазывая сливочный сыр на бейгл, и вручила мне бублик.

Закончив с едой, мы вернулись на диван. Сестра включила радио и поймала волну классического рока. Затем протянула мне чашку свежего кофе, на сей раз без ликера. К нам присоединился Дэвид, и они с Сарой принялись расспрашивать меня о жизни на острове.

Я рассказала им обо всем. Сестра плакала, когда я описывала, как мы с Ти‑Джеем едва не умерли от обезвоживания. Услышав, как над нами дважды пролетали самолеты, она разрыдалась еще горше. Я ввергла обоих в ступор подробностями об акуле, мистере Кости и цунами.

– Какие чудовищные испытания, – покачала головой Сара.

– Ну, мы более‑менее приспособились. Но ближе к концу сильно поплохело. Не уверена, сколько бы еще мы протянули.



Сестренка подала мне вязаный шерстяной плед, и я укрыла ноги.

– Удивительно, что Джон явился в аэропорт, – заметила я.

– Это я ему позвонила. Он был буквально раздавлен, когда твой самолет упал, и по‑настоящему обрадовался, узнав, что ты спаслась.

– Я думала, он уже давно это пережил. Женился на ком‑нибудь…

– Нет. Он довольно долго с кем‑то встречался, но, насколько мне известно, пока так и остался холостяком.

– О...

– И что ты насчет него решила?

– Джон не моя судьба, Сара. Не знаю, как бы сложилось, не случись этой катастрофы, но у меня было достаточно времени поразмыслить о том, чего же я хочу. – Я покачала головой. – На сто процентов не Джона.

– Ты теперь с Ти‑Джеем, да? – спросила сестра.

– Да. Удивляешься?

– В вашей‑то ситуации? Нет, конечно. Сколько ему лет?

– Двадцать.

– А сколько было, когда все началось?

– Почти девятнадцать.

– Ты его любишь?

– Да.

– Я видела, как он на тебя смотрел. Как утешал тебя в аэропорту. Он тоже тебя любит, – сказала Сара.

Я поставила пустую чашку на кофейный столик и кивнула:

– Так и есть.

Позвонили у входа, и Сара пересекла комнату. Я пошла за ней и задержала дыхание, пока сестра смотрела в глазок и открывала дверь. Там стояла плачущая Стефани. Я обняла подругу, не в силах выразить словами, до чего рада снова ее увидеть.

– О, Анна, – всхлипывала Стефани, сжимая меня в объятиях. – Ты вернулась. Вернулась!

 

 

Глава 46 – Ти‑Джей

 

Позже той ночью я закрылся в своей комнате, растянулся на постели и позвонил Анне.

– Привет, – поздоровался я, когда она сняла трубку. – Как ты?

– Устала. Слишком много новостей.

– Жаль, я не могу помочь.

– Мне просто нужно время, – вздохнула она. – Все будет хорошо.

– А я лежу на своей старой постели. Мама ничего не выбросила.

– Как и Сара. Я думала, люди должны раздавать вещи умерших…

– Мама знает о нас.

– О Боже. И что она сказала?

– Спросила, сколько мне было лет, когда это началось. И все.

– Возможно, позже она еще что‑нибудь спросит.

– Возможно. Значит, тот парень в аэропорту был Джон?

– Да.

– И что ты ему сказала?

– Ничего. Он не дал мне высказаться. Я вроде как должна ему позвонить.

– И ты позвонишь?

– Со временем. Прямо сейчас мне недосуг с ним разбираться. Несколько дней назад мы с тобой бродили по пляжу, а теперь сидим по домам. Это невероятно.

– Да уж.

– Ты устал? – спросила она.

– Вымотался.

– Поспи.

– Люблю тебя, Анна.

– Я тоже тебя люблю.

 

 

Глава 47 – Анна

 

Сара открыла дверь спальни, держа в руке чашку кофе и газету.

– Не спишь?

Я села и заморгала. Сквозь легкие шторы просачивался дневной свет.

– Который час?

– Почти десять. – Сара протянула мне чашку и положила газету на прикроватную тумбочку. – Журналисты не считают «нет» за ответ. Мне пришлось вырубить телефон.

Я взяла с тумбочки мобильник сестры и нажала на кнопку включения. Прошлой ночью, поговорив с Ти‑Джеем, я отключила сотовый. На экране высветились одиннадцать пропущенных звонков.

– Они и на мобильный тебе звонили. Я куплю собственный телефон, как только смогу.

Сара отмахнулась.

– Не спеши. Наверно, имеет смысл отправить за телефоном Дэвида.

Я поставила кофе на тумбочку и развернула газету. На первой странице красовались наши с Ти‑Джеем снимки. Те же, что я видела по Си‑эн‑эн, и новые – из аэропорта. На самом крупном Ти‑Джей целовал меня в лоб, а на маленьких вокруг мы бежали, держась за руки, обнимались, Ти‑Джей вытирал мне слезы и сжимал в объятиях. Для тех, кто гадал о природе наших отношений, один взгляд на эту подборку даст исчерпывающие ответы на самые животрепещущие вопросы.

Я вернула газету Саре.

– Если до тебя дозвонится хоть один журналист, скажи, что я пока не готова к интервью, ладно?

Я взяла чашку в ладони, задумалась о маме и папе и вновь заплакала. Сара забралась в кровать и обняла меня одной рукой, второй подавая коробку бумажных салфеток.

– Все нормально, Анна. Со мной было то же самое после смерти каждого из них. Должно пройти время, чтобы боль притупилась.

Я кивнула:

– Знаю.

– Ты голодна? Дэвид вышел купить что‑нибудь к завтраку.

Горе лишило меня аппетита, но желудок был пуст и урчал.

– Немного.

– Чем хочешь сегодня заняться?

– Наверное, запишусь кое‑куда. Врач, стоматолог, парикмахерская.

Сара вышла из комнаты и вернулась с записной книжкой.

– Скажи, кому позвонить в первую очередь.

 

 

Глава 48 – Ти‑Джей

 

Бен ворвался в мою комнату с газетой в руках.

– Один вопрос, – выпалил он, подойдя к постели, и поднял указательный палец. – Сколько тебе было лет, когда ты начал ее жахать? Потому что, судя по этим картинкам, наверняка между вами было все и даже больше.

Если бы он не опустил глаза на снимок, где я целую Анну, то заметил бы мой кулак прежде, чем тот врезался в его левый глаз.

– Черт возьми! Нахрена? – спросил он, глядя на меня с пола, где растянулся, прижимая ладонь к будущему фингалу.

– И это первое, что ты мне говоришь спустя три с половиной года?

Бен сел. Глаз уже начал заплывать.

– Черт, Каллахан, больно же.

Я встал с постели и протянул ему руку. Бен ухватился, и я помог ему подняться.

– Никогда больше так о ней не говори.

– Ти‑Джей? – В дверях стояла мама. – Все в порядке?

– Да, мам.

– Да, все отлично, Джейн, – поддержал меня Бен.

Мама окинула нас внимательным взглядом, но не стала выпытывать подробности.

– Что тебе приготовить, Ти‑Джей?

– Что хочешь, ма.

После уход мамы Бен спросил:

– Так ты типа влюблен в нее, что ли?

– Да.

– А она?

– Говорит, что тоже.

– А твоя мама в курсе?

– Угу.

– Охреневает?

– Пока не заметно.

– Ну, я рад, что ты вернулся, чувак. – Бен неловко обнял меня. – Мне было очень погано, когда сообщили, что ты погиб. – Он потупился. – Я толкнул речь на твоих похоронах.

– Серьезно?

Он кивнул.

На уроках ораторского мастерства в девятом классе Бен едва мог стоять перед аудиторией. У меня никак не получалось представить его произносящим речь на моих похоронах. Может, и не стоило его бить.

– Чертовски круто с твоей стороны, Бен.

– Да, твою маму это тоже малость порадовало. Короче, ты собираешься стричься или нет? Ты похож на девчонку, чувак.

– Как только, так сразу.

Меня ждал чизбургер с жареной картошкой, и Бен посидел рядом, пока я ел. Родители по паре раз обняли меня, а мама поцеловала. Скорей всего, Бену не терпелось отпустить какой‑нибудь едкий комментарий, но он прижимал к глазу лед и держал рот на замке. Грейс и Алексис какое‑то время составляли компанию за столом, наперебой рассказывая мне о школе и друзьях. Я допил колу.

– До завтра не удастся записать тебя к доктору Сандерсону. Думала, у его секретаря получится куда‑нибудь тебя втиснуть, но расписание, видимо, полностью забито.

– Все нормально, ма. Я довольно долго обходился без врача. Еще денек погоды не сделает.

Мама вытерла руки полотенцем и улыбнулась.

– Хочешь еще чего‑нибудь?

– Нет, я сыт, спасибо.

– Запишу тебя в парикмахерскую и к стоматологу. – Мама выключила плиту и отправилась звонить.

– А ты работаешь или как? – спросил я Бена. – Сейчас ведь середина дня.

– Учусь в колледже. Сейчас как раз зимние каникулы.

– Ты поступил в колледж? В какой?

– Университет Айовы. Уже на втором курсе. Приезжай в гости. А ты? Что собираешься делать?

– Обещал Анне получить ДОО, диплом об общем образовании. А потом – без понятия.

– И дальше будешь с ней встречаться?

– Да, я уже по ней скучаю. За три с половиной года привык просыпаться рядом с ней.

– Чувак, а если я задам еще один вопросик, не станешь меня бить?

– Зависит от того, что ты спросишь.

– Как оно… ну, с ней? Правду говорят про телок постарше?

– Она не сильно старше.

– Эээ, ладно. Так как оно?

– Фантастика. Полный улет.

– Что она делает?

– Бен, она делает все .

 

 

Глава 49 – Анна

 

В гостиную Сары вошла моя парикмахер Джоанна.

– Внизу толпятся репортеры, – сказала она. – Вроде они меня сфотографировали. – Она сняла пальто и обняла меня. – Добро пожаловать домой, Анна. Из‑за таких историй, как твоя, я и верю в чудеса.

– Я тоже теперь верю, Джоанна.

– Где тебе удобней ее стричь? – деловито спросила Сара.

Я только что приняла душ, и волосы оставались влажными. Джоанна усадила меня на высокий барный стул на кухне.

– Что стряслось с твоими волосами? – нахмурилась она, изучая кончики.

– Ти‑Джею пришлось сжечь концы, когда космы слишком отросли.

– Смеешься?

– Вот уж нет. А тогда тем более было не до смеха: боялась, что вся копна вспыхнет.

– И сколько ты хочешь отстричь?

Волосы свисали до середины спины.

– Сантиметров десять. И, пожалуй, длинную челку?

– Конечно.

Джоанна принялась расспрашивать об острове. Я рассказала им с Сарой, как сражалась с летучей мышью, спикировавшей мне на голову.

– Она тебя укусила? – пораженно переспросила сестра. – И Ти‑Джей ее заколол?

– Да. В итоге все обошлось. Бешенство тварь не разносила.

Джоанна высушила мои волосы и выпрямила утюжком. Поднесла со спины зеркало, и я смогла оценить, как стрижка смотрится сзади. Теперь волосы выглядели здоровыми и блестящими, а кончики – ровными.

– Ух ты. Несомненный прогресс.

Сара попыталась заплатить, но Джоанна отказалась брать деньги. Я поблагодарила мастерицу за то, что постригла меня на дому.

– Это меньшее, что я могла для тебя сделать, Анна. – Парикмахерша обняла меня и расцеловала.

После ухода Джоанны я сказала Саре:

– Если можно выйти из дома и не оказаться в центре внимания, есть одно место, где я очень хочу побывать.

– Конечно, – кивнула Сара. – Сейчас вызову такси.

Журналисты принялись выкрикивать мое имя сразу же, как только мы с Сарой открыли дверь. Они подстерегали нас на ступеньках, и пришлось пробираться сквозь толпу, чтобы сесть в поджидавший автомобиль.

– Жаль, в твоем доме нет черного хода, – посетовала я.

– Они, наверное, крутились бы и там. Чертовы пиявки, – пробурчала Сара.

Она дала водителю адрес, и скоро мы уже въезжали в ворота кладбища Грейсленд.

– Подождите нас, пожалуйста, – попросила Сара таксиста.

В сером небе кружились снежинки. Я дрожала, но сестра, казалось, не чувствовала холода и даже не стала застегивать пальто. Она отвела меня к могиле, где рядом лежали наши родители, Жозефина и Джордж Эмерсоны.

Я встала на колени перед надгробием и обвела кончиком пальца высеченные в граните имена. Буква за буквой.

– Я вернулась, – прошептала я. Сара протянула мне бумажный платок, и я вытерла покатившиеся из глаз слезы.

Я представила папу в его дурацкой шляпе с блеснами и вспомнила, как он учил меня чистить рыбу. Затем вспомнила, как он любил наливать воду в поилку для колибри и наблюдать за крохотными птичками, зависавшими в воздухе. Подумала о маме: как она любила свой сад, дом и внуков. Теперь уже не удастся поделиться с ней школьными байками за воскресным завтраком. Она больше никогда не даст мне добрый совет, больше никогда не прозвучат родные голоса. Я рыдала, изливая свое горе. Сара терпеливо ждала, давая мне время на отчаянно необходимое очищение. Наконец поток слез иссяк, и я встала.

– Ладно, пойдем.

Сестра обняла меня, и мы снова сели в машину. Она назвала таксисту другой адрес, и мы поехали к дому родителей Дэвида за детьми.

Едва мы вошли в комнату, Джо и Хлоя перестали играть. Наверное, я показалась им призраком. Сара не позволила детям совсем забыть обо мне, и теперь давно умершая, по их мнению, тетя внезапно возникла в гостиной. Я присела перед племянниками и тихо сказала:

– До чего же я по вас соскучилась, ребята!

Джо подбежал ко мне первым. Я крепко обняла смельчака.

– Дай‑ка я на тебя посмотрю, – попросила я, отодвинув его на расстояние вытянутой руки.

– У меня все зубы выпадают, – похвастался он, открыл рот и продемонстрировал дырки.

– Ух ты, у зубной феи с тобой много хлопот.

Хлоя, постепенно привыкая к новообретенной тете, подошла чуть ближе и прошептала:

– У меня тоже зубы выпали. – Она широко открыла рот, чтобы я удостоверилась своими глазами.

– Ничего себе, наверное, мама всю вашу еду перемалывает в блендере. Вы же беззубики!

– Тетя Анна, а ты теперь будешь жить с нами? – спросила Хлоя.

– Пока да.

– А ты сегодня уложишь меня спать?

– Нет, пусть она уложит спать меня! – ввинтился Джо.

– А давайте я вас обоих уложу? – Я прижала племяшек к груди, глотая слезы.

– Готовы ехать домой? – спросила Сара.

– Да!

– Тогда поцелуйте бабушку и поехали.

Поздним вечером, уложив детей, сестра налила нам вина. Зазвонил ее мобильный, и она протянула телефон мне.

– Привет. Как ты? – спросил Ти‑Джей.

– Нормально. Мы с Сарой сегодня ездили на кладбище.

– Тяжело?

– Да. Но мне очень нужно было там побывать. Сейчас, как навестила их могилки, стало немного легче. Я туда еще наведаюсь. А ты чем занимался?

– Постригся. Ты меня не узнаешь.

– Я буду скучать по твоему роскошному хвосту.

Ти‑Джей рассмеялся:

– А я нет.

– Я только что уложила племяшек. Два часа с ними сидела, прочитала все книжки. Сара налила нам вина, теперь вот сидим ждем Стефани. А ты? Какие планы?

– Пойду погуляю с Беном, если удастся отвязаться от журналюг.

– Как дела у Бена?

– По‑прежнему треплет языком.

– Ты уже ходил ко врачу?

– Завтра.

– Надеюсь, все окажется хорошо.

– Все будет нормально. А ты ходила?

– Тоже завтра. А после обеда к стоматологу.

– И я. Помнишь, как я содрал брекеты?

– Совсем про них забыла.

– Увидимся на Новый год, Анна. Я люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю. Повеселись хорошенько.

 

 

Глава 50 – Ти‑Джей

 

Когда Бен постучал, я открыл дверь. Его глаз заплыл и стал сине‑фиолетовым.

– Черт. Прости, – извинился я.

– Да фигня. Тебе повезло, что я такой покладистый, – отозвался Бен.

– Если честно, это твоя лучшая черта.

– На Рождество домой вернулись многие ребята из нашей школы. Пойдешь на вечеринку?

– Конечно. Куда?

– К Купу. Его родители утром улетели на Багамы.

Я взял пальто.

– Вперед.

Когда пришли мы, в гостиной Нейта Купера уже толпились, по меньшей мере, двадцать моих одноклассников. Из колонок орала рок‑музыка. Все восторженно закричали при нашем появлении, и парни наперебой принялись жать мне руку и хлопать по спине. Большинство из них я не видел с тех пор, как начал лечиться от рака, потому что в тот год пропустил много занятий. Я почувствовал себя странно, когда до меня дошло, что школу окончили все, кроме меня.

Кто‑то бросил мне банку пива. Всем не терпелось разузнать об острове, и я как мог отвечал на вопросы, сыпавшиеся со всех сторон. Бен, должно быть, уже объяснил, откуда у него синяк, потому что об Анне никто не спрашивал.

Я пил уже второе пиво, когда на диван рядом со мной присела ярко накрашенная девушка с длинными светлыми волосами.

– Помнишь меня? – спросила она.

– Почти, – прищурился я. – Прости, забыл, как тебя зовут.

– Алекс.

– Ты была со мной в одном классе, да?

– Ага. – Она тоже отхлебнула пива. – Ты изменился с тех пор, как мы учились в десятом.

– Ну, уже четыре года прошло. – Я допил пиво и огляделся, высматривая Бена.

– Отлично выглядишь. Не могу поверить, что ты на самом деле жил на острове.

– Выбора‑то у меня не было. – Я встал. – Пожалуй, пора собираться. Увидимся.

– Надеюсь.

Я нашел Бена на кухне.

– Эй, я сваливаю.

– Ты чего, чувак? Сейчас всего полночь!

– Устал, и спать охота.

– Отстойно, чувак, но ладно, я тебя понял. – Бен дал мне пять, и я вышел за дверь.

До самого дома я думал об Анне и всю дорогу улыбался.

 

 

Глава 51 – Анна

 

Я разбудила Джо и Хлою, чтобы вместе позавтракать. Мы уже заканчивали с вафлями, когда в кухню вошла Сара.

– Доброе утро, – сказала она. – Спасибо, что приготовила детям завтрак.

– Тетя Анна делает самые лучшие вафли! – воскликнула Хлоя.

– А завтра вечером к нам придет тетин парень, – объявил Джо.

– Откуда ты знаешь? – спросила сестра.

– Слышал, как вы с тетей Анной вчера об этом говорили.

– Да, парень тети Анны придет к нам на Новый год. И вы двое должны вести себя воспитанно и не хулиганить.

– Тете Анне нужно в душ, – оповестила я детей. – У нее впереди тяжелый день.

– Врач? – поинтересовалась Сара.

– И стоматолог. Сплошное веселье.

 

* * *

Ожидая вызова в кабинет врача, я читала журнал. Когда медсестра попросила встать на весы, я удивилась, увидев, что вешу всего сорок шесть килограммов, учитывая, что уже несколько дней ела от пуза. При росте в сто шестьдесят пять сантиметров мне следовало весить килограммов на семь больше. А на острове, наверное, я не дотягивала и до сорока пяти.

Я сидела на кушетке в тонком халате. Войдя в кабинет, врач обняла меня и сказала:

– Добро пожаловать домой. Наверняка ты уже много раз это слышала, Анна, но я до сих пор не могу поверить, что ты жива.

– Я не против услышать это еще разок, доктор.

Она открыла мою медицинскую карту.

– У тебя недовес, но уверена, ты и без меня это знаешь. Как в целом самочувствие? Жалобы есть?

– Стало получше с тех пор, как начала нормально питаться. Но месячные давно пропали, и это меня беспокоит.

– Давай проверим, – сказала врач, усаживая меня в гинекологическое кресло. – Учитывая такой низкий вес, я бы удивилась, если бы регулы сохранились. Есть еще какие‑то жалобы?

– Нет.

– Вот и замечательно, – улыбнулась она. – Я проведу все необходимые анализы, но менструальный цикл возобновится лишь при наборе веса. Ты явно истощена, но это относительно легко исправить, только придерживайся сбалансированного рациона. И с этого дня начни ежедневно принимать поливитаминный комплекс.

– Такое долгое отсутствие месячных не помешает мне когда‑нибудь забеременеть?

– Нет. Как только регулы вернутся, ты сможешь зачать ребенка. – Она сняла латексные перчатки и бросила их в мусорную корзину. – Можешь одеваться.

Я села. Врач остановилась у двери и добавила:

– Выпишу тебе новый рецепт на противозачаточные.

– Спасибо.

Я предпочла взять рецепт, а не вдаваться в объяснения, мол противозачаточные мне без надобности, потому что мой двадцатилетний парень бесплоден.

Затем я посетила стоматолога и около часа, застыв, просидела в кресле, пока врач делал рентгеновские снимки и отбеливал мне зубы. Узнав, что кариеса нет, я сочла, что мне очень повезло.

Сара одолжила мне немного денег. После визита к стоматологу я поехала на такси в маникюрный салон. Увидев меня, Люси спрыгнула со стула и помчалась навстречу.

– О, дорогая, – ворковала она, крепко обнимая меня. Разжав руки, женщина заплакала.

– Не плачь, Люси, а то я тоже разревусь.

– Анна дома, – сказала она, улыбаясь.

– Да, я дома.

Она сделала мне маникюр и педикюр, при этом болтая так оживленно, что я понимала еще меньше слов, чем обычно. Пару раз Люси упомянула Джона, но я притворилась, будто не разобрала вопроса. Закончив, она снова обняла меня.

– Спасибо, Люси. Я скоро вернусь, – пообещала я.

Я вышла из маникюрного салона и посмотрела на свои руки. Без перчаток они мерзли, но не хотелось смазать лак. Проводя языком по зубам, я чувствовала, насколько они чистые и гладкие. В воздухе витал запах хот‑догов от лотка уличного торговца, а я увлеченно рассматривала витрины, глазея сквозь стекло на модную одежду, и решила на следующий день вернуться и купить себе кое‑какие вещи по размеру. Я надеялась, что из‑за темных очков и позаимствованной у сестры шерстяной шапочки останусь неузнанной, и шагала по тротуару с улыбкой, не чувствуя под собой земли. На углу поймала такси и дала водителю адрес Сары.

Даже топчущиеся на пороге журналисты не омрачили переполнявшей меня радости. Я пробралась сквозь толпу, открыла дверь и быстро юркнула в дом.

Позже вечером позвонил Ти‑Джей.

– Как все прошло у онколога? – сразу спросила я.

– Анализы крови и рентгеновские снимки будут готовы только через несколько дней. Но врач обнадежил, что надеется на благоприятный прогноз, потому что симптомов у меня не наблюдается. Еще я заглянул к терапевту.

– И как?

– Нужно набрать вес, но все остальное вроде в норме. Я рассказал доктору, как болел на острове. Он почти уверен, что знает, что это за болезнь. Ты не ошиблась, это вирус.

– Какой?

– Лихорадка денге. Переносится москитами.

– Да уж, ты постоянно ходил весь искусанный. Значит, это что‑то вроде малярии?

– Что‑то вроде. В народе ее называют пятидневной лихорадкой, что похоже на мой случай.

– И насколько это серьезно?

– Смертность составляет пятьдесят процентов. По словам спеца, мне здорово повезло не задохнуться и не истечь кровью.

– Не могу поверить, что ты это пережил, Ти‑Джей.

– Как и я. А ты как сходила к врачу? Все нормально?

– Все будет в норме, как только я наберу вес. Доктор сказала, что недоедание обратимо. Прописала витамины.

– Не могу дождаться нашей завтрашней встречи, Анна.

– Я тоже очень по тебе соскучилась.

 

* * *

В вечер Нового года я приняла душ, уложила волосы и нанесла косметику, купленную во время похода по магазинам. Моя новая помада не сойдет, когда я буду целовать Ти‑Джея, чем я собиралась заниматься довольно долго. Я отрезала этикетки с новой пары джинсов и синего свитера с декольте и натянула их поверх черного бюстгальтера и кружевных трусиков.

Когда Ти‑Джей постучался, я подбежала к двери и открыла ему.

– Твои волосы! – воскликнула я. Его лицо обрамляла цивильная стрижка, и я тут же взъерошила короткие пряди. Чисто выбритый, он надел джинсы и серый свитер. Я вдохнула аромат мужского парфюма.

– Приятно пахнешь.

– Чудесно выглядишь, – перехватил он инициативу и наклонился, чтобы поцеловать меня. Он видел Сару и Дэвида в аэропорту, но я заново представила их друг другу. Дети косились на Ти‑Джея, прячась за спиной матери.

– А вы, наверное, Джо и Хлоя. Я о вас наслышан, – поздоровался с ними Ти‑Джей.

– Привет, – сказал Джо.

– Привет! – повторила Хлоя. Она снова спряталась за Сарой, но спустя несколько секунд опять выглянула посмотреть на Ти‑Джея.

– Нам лучше поспешить, Дэвид, если не хотим опоздать в ресторан, – поторопила Сара.

– Уходите? – вежливо спросила я.

– На пару часов. Подумали, что надо бы ненадолго вывести из дома детей, – подмигнула сестра, надевая пальто.

Я улыбнулась ей в ответ.

– Хорошо. Увидимся позже.

Едва за ними закрылась дверь, я бросилась в объятия Ти‑Джея, обхватив его ногами за талию. Он понес меня по коридору, а я безостановочно целовала его в шею.

– Куда? – выдохнул он.

Я показала на гостевую спальню:

– Сюда.

Ти‑Джей закрыл дверь ногой и опустил меня на кровать.

– Боже, как я скучал. – Он поцеловал меня и забрался руками под свитер, шепча: – Ну‑ка, посмотрим, что у нас здесь.

Мы едва успели привести себя в порядок и чинно усесться на диван к возвращению Сары, Дэвида и детей.

– Тебе было весело с твоим парнем, тетя Анна? – спросила Хлоя.

Мы с Сарой переглянулись, и она вскинула бровь, скрываясь в кухне.

– Да, мне с ним очень весело. Вы хорошо поужинали?

– Ага. Я съела куриные наггетсы и картошку‑фри, и мама разрешила мне выпить фанты!

Подошел Джо и примостился рядом с Ти‑Джеем.

– А ты? – поинтересовался Ти‑Джей. – Что ел ты?

– Стейк, – важно причмокнул Джо. – Я не заказываю из детского меню.

– Ух ты, стейк, – подхватил Ти‑Джей. – Круто.

– Ага.

Сара вернулась в гостиную с бокалом вина для меня и пивом для Ти‑Джея.

– Мы принесли ужин и для вас. Он на столе.

Мы поблагодарили и пошли на кухню разогревать еду. Стейки, печеный картофель и брокколи в сырном соусе.

Ти‑Джей проглотил кусочек стейка.

– У тебя замечательная сестра.

В половине девятого Сара уложила детей спать, и мы вчетвером болтали в гостиной, слушая тихую музыку.

– Так, говорите, у вас жила домашняя курица по имени Цыпа? – спросил Дэвид.

– Очень любила сидеть у Анны на коленках, – усмехнулся Ти‑Джей.

– Здорово.

Позже, когда я заглянула на кухню налить нам еще выпить, Сара догнала меня.

– Ти‑Джей останется у нас?

– Не знаю. А можно?

– Мне все равно. Но утром тебе придется отвечать на вопросы любознательной мисс Хлои, которых, гарантирую, будет немало.

– Ладно. Спасибо, сестренка.

Мы вернулись в гостиную, и Ти‑Джей усадил меня к себе на колени. Дэвид включил телевизор. На Таймс‑сквер уже опускался хрустальный шар[8], и мы хором сосчитали до десяти в обратном порядке и закричали: «С Новым годом!».

Ти‑Джей крепко поцеловал меня, и я подумала, что никогда прежде не была так счастлива.

 

 

Глава 52 – Ти‑Джей

 

Мама пила кофе в гостиной, когда я зашел в дом в девять утра первого дня нового года.

– Привет, мам! С Новым годом! – Я обнял ее и сел. – Я остался на ночь у Анны.

– Я так и подумала.

– Надо было позвонить, да? – За исключением прогулок с Беном и посещения специалистов, каждую минуту после возвращения домой я проводил с семьей. Конечно, родители были в курсе, что я собираюсь навестить Анну, но мне и в голову не пришло предупредить, что задержусь в гостях на всю ночь.

– Стоило бы. Тогда бы я не волновалась.

Черт. Интересно, сколько ночей мама не спала за последние три с половиной года? При этой мысли я почувствовал себя еще большим козлом.

– Прости, ма. Я не подумал. В следующий раз обязательно позвоню.

– Хочешь кофе? Могу приготовить тебе завтрак.

– Нет, спасибо. Я поел у Анны. – Минуту мы сидели молча. – Ты ничего не сказала о нас с Анной, мама. Как ты к этому относишься?





Рекомендуемые страницы:

Воспользуйтесь поиском по сайту:
©2015- 2020 megalektsii.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.