Главная | Обратная связь
МегаЛекции

ИССКУССТВО ЭПОХИ ДРЕВНЕГО ЦАРСТВА





(28 – 23 вв. до н. э.)

 

 

Период Древнего царства — это время образования примитивного рабовладельче­ского общества с классами потомственной знати и кровно связанного с ней жречест­ва, свободных общинников — земледель­цев, ремесленников и рабов. Одновременно это эпоха окончательного сложения всех основных форм египетской культуры. В период IV—V династий была достигнута высшая точка расцвета Древнего царства. Неограниченная власть фараонов была основана на земельных богатствах и экс­плуатации огромной массы обращенных в рабство военнопленных. Деспотическая власть царя над свободными лишь фор­мально общинниками поддерживалась обо­жествлением личности фараона. Обычным его титулом стал «бог благой».

Заупокойный культ в Древнем царстве получил дальнейшее развитие, особенно в связи с культом обожествленного царя. Но к концу Древнего царства сила фараонов, их экономические возможности были уже значительно подорваны усиленной разда­чей земель знатному чиновничеству, ок­ружавшему их. Роскошь, присущая царскому двору, сделалась достоянием и вель­мож. В то же время остальное население страны подвергалось жесточайшей эксплу­атации, в первую очередь, в связи с хра­мовым и гробничным строительством.

Архитектура. Ведущее положение в египетском искусстве уже с самых ранних времен заняла архитектура. Жилая архи­тектура из кирпича и дерева не сохрани­лась и от этой эпохи. О том, какой вид име­ли жилые дома Древнего царства, мы мо­жем судить (как и для периода Раннего царства) только по косвенным указаниям: по глиняным и деревянным моделям из гробниц, а о внешнем виде дворцовых по­строек—по изображениям их фасадов на стелах и саркофагах.

Надземная часть мастаба — погребений знати — сохраняла облик и планировку, сложившиеся к концу Раннего царства. Внутри надземной части наиболее круп­ных мастаб, которые уже целиком выкла­дывали из плит известняка, бывало много кладовых, коридоров, залов, что соответ­ствовало усложнившемуся плану жилищ высшей родовой знати.



Желание фараонов всемерно утверждать свою деспотическую власть нашло ярчай­шее выражение не только в создании при­жизненного культа их личности, но и в стремлении сделать царские усыпальницы преобладающими по размерам, по образу над всеми остальными. Однако простое увеличение площади мастаба фараонов, то есть в одной плоскости — по горизонтали, скоро перестало служить задаче возве­личивания обожествленного после смерти царя.

 

1 . Пирамидный ансамбль фараона Джосера в Саккара. Зодчий Имхотев III династия. 28 в. до н. э. Реконструкция

 

Выработке определенных, заданных об­разных архитектурных форм, а также развитию строительной техники особенно способствовало строительство в эпоху Древнего царства грандиозных царских усыпальниц, на которые были употребле­ны колоссальные общегосударственные средства. Важнейшей ступенью в развитии архитектуры царских гробниц явилась мысль об увеличении их по вертикали.

Так называемая ступенчатая пирами­да — усыпальница фараона III династии Джосера в Саккара (около 2800 г. до н. э.) (рис. 1), созданная зодчим Имхотепом, бы­ла первым значительным каменным соору­жением, в вертикальной композиции кото­рого воплотилась эта идея. Она достигала в высоту свыше 60 м и состояла как бы из шести поставленных одна на другую умень­шающихся кверху мастаб. Погребальные помещения были высечены в скалистом ос­новании под пирамидой. План пирамиды прямоугольный, в чем можно видеть еще следование традиционному плану мастаба. Блестяще выполнена ее кладка из блоков известняка без связующего раствора: все блоки слегка наклонены к Центру пирами­ды и поэтому очень устойчивы. Но пира­мида не одиноко возвышалась над песками пустыни, прикрывая своей кладкой нахо бразовало сложный, но гармоничный по архитектурным формам ансамбль. Прямо­угольная в плане территория ансамбля пи­рамиды Джосера была окружена монумен­тальной стеной из прекрасно отесанных и*, блоков белого известняка. Ее оживляли лопатки, ритмично выступавшие на рав­ном расстоянии друг от друга. Не случай­но зодчего Имхотепа до конца истории Древнего Египта почитали как одного из первых строителей каменных зданий, аст­ронома и врача.

Но в целом ряде деталей пирамиды Джосера и окружающих ее построек в камне использованы приемы кирпичного и деревянного строительства. Это неболь­шого размера, как кирпич, известняковые блоки кладки самой пирамиды; лопатки на стенах, типичные для кирпичных сооружений; объемно вырезанные на камен­ных потолочных плитах балки как бы де­ревянного перекрытия. Все эти детали по­могают реконструировать здания из кир­пича, дерева и тростникового плетения, которые не дошли до нас.

В ансамбле пирамиды, в молельнях и дворах, впервые встречаются полуколон­ны вполне развитой формы: папирусооб­разные — с капителью в виде обобщенно переданной раскрытой метелки папируса, лотосообразные — с капителью в виде сти­лизованного цветка лотоса, а также так называемые протодорические, которые представляют собой переданную в камне связку стеблей тростника. Полуколонны эти не являлись отдельно стоящими несущими элементами архитектурной кон­струкции. Они были единым целым с ка­менными блоками кладки стен. Таким об­разом, новые элементы каменной архитек­туры еще служили, в первую очередь, своеобразной смысловой декорацией, ос­нованной на введении в постройку изобра­жений растений, считавшихся в Древнем Египте священными,— папируса и лотоса. Стены некоторых погребальных помеще­ний были декорированы своеобразными панно из зеленых фаянсовых плиток, цвет и рельефный рисунок которых тоже вос­производят плетенку из тростника.

Большое значение пирамиды Джосера состоит в том, что она была первой в целом ряде надгробных сооружений, в которых постепенно складывался класси­ческий тип пирамиды. В период IV дина­стии, в 28 в. до н. э., дальнейшим посте­пенным развитием формы монументаль­ного надгробия от ступенчатой пирамиды к классическому ее варианту явились пи­рамиды фараона Снофру, возведенные в Дашуре, и достроенная им пирамида од-ного из фараонов III династии в Медуме. В заупокойном храме одной из дашур-ских пирамид перекрытия поддерживали уже совершенно свободно стоящие стол­бы — истинные опоры архитектурной кон­струкции.

Знаменитые пирамиды 27 в. до н. э. в Гизе последовательно правивших фарао­нов IV династии Хуфу, Хафра и Менкаура, которых греки называли Хеопс, Хеф-рен, Микерин, являются следующим логи­ческим эвеном в этой цепи построек.

В пирамидах в Гизе идея величия и мо­щи, всеобъемлющая и всеподавляющая, нашла свое наиболее полное воплощение. -В то же время пирамиды являются памят­никами архитектуры, формы и пропорции которых необычайно отработаны, найде­ны, четки и лаконичны, а тем самым и предельно выразительны. Самая значи­тельная по размерам пирамида Хеопса была, вероятно, построена архитектором Хемиуном, племянником этого царя. Кон­струкция и пропорциональные соотноше­ния всех частей пирамиды Хеопса (как и пирамид Хефрена и Микерина) основаны на пропорциях «золотого сечения». Она имела 146,6 м в высоту, а длина каждой стороны ее квадратного основания— 233 м. Эту пирамиду строили двадцать лет, а десять лет до этого прокладывали дорогу для подвозки каменных глыб от каменоломен.

Зодчий, создавший архитектурный ан­самбль Хеопса, смело использовал все воз­можности, которые дают твердые породы камня. Вместо мелкой каменной кладки пирамиды Джосера, вторившей кирпич­ной, здесь были применены крупные бло­ки камня, безупречно пригнанные друг к другу.Пирамида сложена без какого-ли­бо связующего материала, из блоков известняка, около 2,5 т весом каждый, а не­которые блоки весили по 30 т. Всего на сооружение пирамиды было употреблено более 2 300 000 таких блоков. Они чрезвы­чайно плотно пригнаны друг к другу и держатся на своих местах силой собствен­ной тяжести. Вся поверхность пирамиды была первоначально покрыта отполи­рованными известняковыми плитами (рис. 2).

 

2. Вертикальный разрез пирамиды Хеопса в Гизе. Зодчий Хемиун. IV династия. 27 в до н. э.

Гранитный саркофаг с мумией царя был помещен в. небольшой камере, особенно незначительной по сравнению с массой всей пирамиды. В погребальную камеру, выложенную гранитом, ведут узкие кори­доры от входа на северной стороне пира­миды. Непосредственно к камере подводит так называемая Большая галерея, 50 м длиной, облицованная известняковыми плитами, которые вверху, на потолке, выступая друг над другом, нависают по­добно ложному своду. Чтобы защитить погребальное помещение от колоссального давления расположенных выше рядов кладки и равномерно распределить его, был придуман своеобразный технический прием: над потолком усыпальницы была устроена разгрузочная камера.

В древности пирамиды не были оторва­ны от берега реки, как теперь. Каждая имела у своего подножия заупокойный храм, а у самого Нила, куда подъезжали, переправясь с его восточного берега,— второй храм. От этого храма, преддверия к пирамиде, вел длинный крытый кори­дор, поднимавшийся по склону Ливийско­го плоскогорья и освещавшийся через проемы в потолке.

Один из таких нижних заупокойных храмов был раскопан у пирамиды Хефрена. Мощные блоки его гранитных архи­травов поддерживают свободно стоящие массивные гранитные прямоугольные столбы. В этом колонном зале получены красочные эффекты от сочетания отлич­но полированного камня разных пород. Стены и пассивные опоры архитравов сделаны из блоков розового гранита, пол выложен плитами белого известняка, ста­туи самого Хефрена, стоявшие вдоль стен, высечены из черно-зеленого диорита.

Большой сфинкс. Рядом с этим храмом находится уникальная фигура гигантско­го сфинкса, так называемый Большой сфинкс (около 60 м длины), изображаю­щий, может быть, Хефрена в образе льва с человеческой головой в царском платке. Высеченная в основной своей части из вы­дававшегося здесь скального выступа, фи­гура дополнена с боков и спереди (лапы) кладкой из блоков того же известняка. Монументальностью пропорций и масс, статикой позы, величавостью образа Боль­шой сфинкс вторит всему ансамблю пи­рамид.

Сфинксы значительно меньшего разме­ра были установлены по сторонам двух прямоугольных входов в нижний заупо­койный храм Хефрена.

Пирамиды производят величественное, даже подавляющее впечатление. Ни один памятник египетского искусства не отра­жает так ярко основных, характерных черт Древнего Египта, его общественного уклада, с неограниченной, деспотической властью обожествленного царя, с пред­ставлением о загробной жизни и связан­ным с ним заупокойным культом, как эти гигантские надгробия.

Каждая из пирамид в Гизе — «вечное жилище» фараона — была окружена ар­хитектурным ансамблем из маленьких пирамид цариц и мастаба придворных.

Пирамиды V династии в Абусире (26— 25 вв. до н. э.). Строительство грандиоз­ных пирамид IV династии сильно подо­рвало экономику страны. Фараоны новой, V династии, пришедшей к власти около 2700-х годов до н. э., могли строить себе пирамиды только из небольших блоков камня, а «частично из бута, не более 70 м в высоту. Но зато в этот период гораздо большее значение приобрели заупокойные храмы. Увеличились их размеры, на сте­нах помещали рельефы и росписи, про­славлявшие мощь обожествленного царя, его победы над врагами. Перекрытия за­лов и галерей, окружающих дворы, теперь поддерживают пальмовидные колонны и колонны в виде связок стеблей лотосов и нераспустившегося папируса. Такие ко­лонны стали позднее наиболее характер­ными для египетской храмовой архитек­туры.

Пирамида фараона Сахура в Абусире является самой типичной постройкой

V династии. Она имела на берегу Нила за­упокойный храм, от которого крытый ко­ридор с верхним освещением вел к много­колонному, так называемому гипостильному залу. В нем, а также в портале и так называемом перистильном дворе или зале, окруженном колоннадой, впервые были использованы «растительные» колонны с капителями в форме бутонов лотоса и папируса, а также колонны, изображаю­щие стволы финиковой пальмы, Эти так называемые пальмовидные колонны име­ют капители в форме пышной раскидистой кроны пальмы, окрашенной зеленым. Их круглые базы, как бы изображая землю, были выкрашены черным. Колонны в хра­ме Сахура, как и в ансамбле Хефрена, имеют конструктивное назначение, игра­ют роль опор; несущих потолок галереи вокруг центральной части перистильного двора-зала, открытого сверху. Полихромное декоративное оформление интерьеров храма довершали раскрашенные рельефы на его стенах.

Солнечный храм Ниусерра (посвящен­ный богу солнца Ра) в Абусире времени правления фараона V династии Ниусерра является единственной храмовой построй­кой Древнего царства иного типа, сохра­нившейся до нашего времени настолько, что оказалось возможным ее реконструи­ровать. Храм-портал в долине у берега Нила, длинный крытый коридор и вто­рой — верхний храм подводили к этому своеобразному культовому сооружению. Оно представляло собою огромный откры­тый двор с крытыми молельнями по его сторонам. Посреди двора на постаменте в виде усеченной пирамиды возвышался предмет поклонения. Это был символ бога, что фигура Микерина находится в центре группы, подчеркивает главенствующую роль царя. Кеглеобразная корона и чет­кая вертикаль его выдвинутой вперед ле­вой ноги делают Микерина зрительно как бы выше богинь.

Крепки и полны жизненных сил эти три фигуры из серо-зеленого шифера. Уверенно и твердо выступает обожествленный, прекрасный телом царь в сопровождении родственных ему и оказывающих покро­вительство богинь. Ясными силуэтами рисуются фигуры на фоне оставленной за их спинами прямоугольной стелы, части того каменного блока, из которого ком­позиция высечена. Этот прием — включе­ние архитектурного элемента— придает скульптурной группе особо строгую орга­низованность и монументальность.

Так же торжественны и величавы куль­товые статуи ближайших царских род­ственников и приближенных. При анало­гичной идеализации тел в лицах скульп­тур портретное сходство передано более конкретно, с меньшей долей идеализа­ции. Замечательными примерами таких изваяний являются известняковые рас­крашенные парные статуи сына фараона 1Снофру - Рахотепа и его жены Нофрет (из гробницы Рахотепа в Медуме, IV ди­настия, 28'в. до н, э., Каир, Египетский музей). Крепкие, полные здоровой силы фигуры супругов переданы сидящими на тронах строгой, кубообразной формы. Вы­сокие прямые спинки тронов, окрашенные в белый цвет, образуют фон, который осо­бенно оттеняет спокойствие и равновесие поз сидящих, сдержанность и застылость движений рук, прижатых к груди и поло­женных на колени. Лица Рахотепа и Ноф­рет спокойны, но серьезны. Их инкру­стированные глаза широко открыты. Взгляд их направлен вперед и чуть вверх. Тень легкого напряжения лежит на их лицах. Они как бы ждут мгновения встре­чи с вечной жизнью, в которую так вери­ли древние египтяне.

Несомненно, эти две статуи относятся к той группе скульптурных изображений, которые назывались в эпоху Древнего царства «статуи согласно жизни». Эти произведения наиболее точно воплощали главное в образе человека;

И звестняковая окрашенная статуя зодчего Хемиуна, внука фараона Снофру (из его гробницы в Саккара, IV династия, 27 в. до н. э., Гильдесгейм, музей Пели-цейса), торжественна и исполнена велича­вого достоинства. Вся она вылеплена очень конкретно: двойной подбородок, крупное оплывшее тело с жирными склад­ками на торсе. Высокая одаренность скульптора, умевшего каждую форму пе­редать обобщенно, а также строгое компо­зиционное построение делают статую необычайно значительной, превращают ее в типизированный портрет.

Близка к этому портрету по образному строю и по мастерству исполнения деревянная статуя жреца Каапера (из его гробницы в Саккара, V династия, середи­на 3 тысячелетия до н. э., Каир, Египет­ский музей). Не случайно второе ее наи­менование — «Сельский староста» (по-арабски «Шейх эль Белед») было дано этой скульптуре в 19 веке, когда ее наш­ли, в связи с ее сходством с человеком, жившим в то время. Весь облик Каапера, не только его полное лицо, но и фигура тучного, важного мужчины, передан с большой выразительностью. Каждая часть фигуры вырезана с такой мерой об­общения, что схвачено наиболее харак­терное.

В эпоху Древнего царства, опять-таки в единстве с архитектурными формами, была создана и пирамидальная скульптур­ная композиция. Таковы фигуры людей из числа рабовладельческой знати, которые занимали ответственные должности пис­цов высокого ранга. Этих людей изобража­ли сидящими со скрещенными ногами и со свитком папируса на коленях.

Наиболее значительным произведением в этой группе пластики является известня­ковая раскрашенная статуя правителя нома, представителя придворной знати, писца при особе фараона — Каи, так назы­ваемый «Луврский писец» (из его гробни­цы в Саккара, V династия, середина & ты­сячелетия до н.э., Париж, Лувр).

Чрезвычайно остро переданы черты ли­ца, формы головы и всей фигуры человека с вялыми мускулами, ведущего сидячий образ жизни. Главное же, что блестяще воплощает как бы застывшая в ожидании, напряженная фигура этого человека, дви­жение его приподнятой головы, устрем­ленный вперед и чуть вверх сосредоточен­ный взгляд, руки на свитке папируса, одна из которых как бы сжимает тростниковое перо,— готовность выполнять приказания фараона.

Многогранность и высочайший уровень творческого мастерства художников Древ­него царства не менее ярко представляют и две известняковые раскрашенные статуи Ранофера, верховного жреца бон» Ра (из его гробницы в Саккара, V династия, сере­дина 3 тысячелетия до н. э., Каир, Еги­петский музей).

По большой реалистической вырази­тельности конкретных и одновременно типизированных образов, воплощающих наиболее характерные особенности порт­ретируемых, все эти скульптурные изоб­ражения принадлежат к числу лучших портретов мирового искусства. Недаром египетского художника называли «санх», то есть «творящий жизнь». Создавая пла­стическую форму, художник тем самым как бы магически вызывал ее к жизни.

В погребальный инвентарь мастаба знатных людей входили и небольшие скульптурные изображения слуг, занятых различными работами (например, статуэтка слуги, приготовляющего муку, VI ди­настия, 25 в, до н. э., Каир, Египетский музей). Назначением этих скульптур было «вечно» осуществлять свое дело на благо хозяину; их отличает характер­ность поз, что позволяет фиксировать с их помощью «суть» каждого «производствен­ного процесса». Группа мелкой пластики характеризуется не меньшей обобщен­ностью и канонизацией трактовки, чем у всей скульптуры этого времени. В них допускалась даже менее тщательная про­работка отдельных форм по сравнению с изображениями знатных лиц, но особенно выявлялась символичность определенных производственных движений.

Итак, своеобразие портретной пла­стики Древнего царства рождают сле­дующие основные стилистические за­кономерности. Передача спокойных, ус­тойчивых, даже величавых поз, воплощаю­щих идею торжественного «предстояния перед вечностью». Создание фигур, идеа­лизированных в физическом отношении, с лицами в разной степени индивидуализи­рованными и выразительными, но всегда спокойно замкнутыми, лишенными эмо­ционального напряжения, как бы отре­шенными от «преходящих земных стра­стей», Сходство статуй с оригиналами достигается также благодаря инкрустации их глаз (одновременно выразительной и декоративной), связанной с представлени­ями о магическом оживлении изображений при «переселении в них» души — двой­ника человека — «ка». Распределение всех частей скульптур, очерченных строгими силуэтами, уравновешенно по отношению к. центральной их оси. Монументальность форм, пластики подчеркнута локаль­ной, сдержанно декоративной раскраской.

Некоторая тяжеловесность и приземи­стость пропорций статуй, плоскостность обработки их боков и тыльной стороны — результат их стилистической связи, а точ­нее — подчиненности характеру форм и пропорций архитектуры эпохи.

Рельефы и росписи. В эпоху Древнего царства для оформления царских заупо­койных храмов и гробниц знатных людей создавали большое количество рельефов и росписей.

В техническом отношении рельефы бы­ли двух видов: очень низкие барельефы и слегка врезанные рельефы или контр­рельефы. Последние появились несколько позднее, чем низкие барельефы, и не име­ли в эпоху Древнего царства широкого применения. Существовали также два ви­да настенных росписей: темперой по сухой поверхности или этой же техникой, но в сочетании с вкладками из цветных паст.

Для расцвечивания рельефов и для рос­писей применяли минеральные краски: красную и желтую охры, зеленую — из тертого малахита, синюю (ультрама­рин) — из тертого лазурита, белую — из известняка, черную— из сажи. Кисти изготовляли из травы.

Рельефы и росписи имели одинаковые сюжеты. Это владельцы гробниц за пиршественными столами, последовательно развертывающиеся сцены различных сельскохозяйственных работ в их поместьях и в ремесленных мастерских при их домах, сцены охоты, рыбной ловли, а также про­цессии слуг с продуктами питания — наи­более желанными дарами для «вечной жизни».

Композиция изображений на стенах была построчной, симметричной и урав­новешенной:

Принципы исполнения изображений на рельефах и в росписях - их небольшая высота или глубина, спокойная ритмика и последовательная метрика размещения оп­ределялись, как и в круглой скульптуре, подчиненностью их архитектуре, ее обоб­щенно ясным формам и силуэтам, призе­мистым пропорциям, относительно неболь­шим внутренним пространствам (помещениям). Смысловое же единство рельефов и росписей с иероглифическими надписями определяло двоякое их назначение: отве­чать сути требований заупокойного куль­та и одновременно служить выразитель­ным декоративным элементом архитекту­ры. В связи с последним обстоятельством был найден и отработан целый ряд изобразительных средств. Это условное смысло­вое увеличение размера фигур царя (на­пример, в сцене охоты в загоне, устроен­ном среди пустыни,— рельеф из верхнего пирамидного храма фараона Сахура в Абуеире, V династия, 26 в. до н. э.) или владельца гробницы. Совмещение в одном изображении нескольких точек зрения на предмет: например, воспроизведение стола в профиль, а всего, что находится на нем,—сверху. Разнообразие движений, поз, поворотов наблюдается только в фи­гурах слуг, крестьян и ремесленников, так как в этих случаях ясность, понятность того, что делает каждый персонаж, имела важное магическое культовое значение, как и в мелкой круглой пластике. Прекрасными образцами являются рельефы из гробниц Птаххотепа, Аххотепа, Ти, Нен-гхефтикаи и других вельмож в Саккара середины 3 тысячелетия до н. э. Напри­мер, декорацию, стройную, цельную по содержанию и высокому уровню художе­ственного мастерства, образуют расписные рельефы в мастабе вельможи Ти. Уже у входа на боковых плоскостях портала посетителя встречает дважды повторенная фигура Ти, стоящего в канонической позе с выдвинутой вперед правой ногой, опира­ющегося на посох. Затем в разных отделе­ниях мастаба рельефные изображения, их содержание и местоположение на стенах подчинены назначению каждого помеще­ния. В погребальной камере, на ее север­ной стене, вырезаны рельефы ритуального назначения, в частности связанные с пред­ставлениями об обеспечивании пищей, по­вествующие о жизни в поместье Ти, вклю­чающие изображения перегона скота через реку, стада ослов с погонщиками, охоты Ти на Ниле вместе со слугами. Живо и разнообразно переданы позы животных, мягко про леплены их тела, складки кожи на мордах. Много динамики в движениях слуг за различными занятиями. Всегда намеренно контрастно выделена в этом ок­ружении фигура Ти. Стоит ли он или си­дит, наблюдая за происходящим, поза его

и все части его фигуры трактованы строго канонично, то есть наиболее статично и плоскостно.

В полосах рельефов, на фоне, окрашен­ном голубовато-серым тоном, выделяются кирпично-красные и желтые фигуры лю­дей, белые одежды, черные волосы и чер­ные линии — струи воды, проведенные по голубому, зелень стеблей и листьев.

В пору правления V династии искусст­во рельефов достигло расцвета.

Рельефы на деревянных панелях из гробницы зодчего Хесира в Саккара, вре­мени III династии (28 в. до н. э., Каир, Египетский музей), показывают, что и начало эпохи Древнего царства было озна­меновано высокими достижениями не только в архитектуре, но и в изобразитель­ном искусстве. Зодчий Хесира изображен то стоящим с принадлежностями для пи­сьма и жезлом в руках — знаком его высо­кой должности, то сидящим за пиршест­венным столом. Его стройная фигура и тонкое лицо с резким профилем вырезаны на золотисто-коричневых досках утон­ченно легким рельефом. Создается впе­чатление нервной игры мускулов под кожей. Рождается образ энергичного, волевого, умного человека.

При исполнении и размещении изобра­жений в оформившихся канонизирован­ных формах передачи талантливые и опыт­ные художники добивались не только силуэтной, пластической, но и большой красочной, цветовой декоративности всех композиций, органически включающих, кроме повествовательных элементов, так­же раскрашенные иероглифические над­писи.

Таким образом, раскрывается нераз­рывная связь рельефных композиций с полосами иероглифических текстов. Все четко, все графично в этих рельефах. Тон­кая моделировка вызывает лишь легкую игру теней на их поверхности. Но рельеф и в этих случаях так мало возвышается над фоном, что никогда не теряет связи с ясным, четким силуэтным рисунком.

Рельефные изображения преобладали в рассматриваемую эпоху. Техника настен­ных росписей не была развита в такой же мере. По существу, росписи представляли собой подкраску, расцветку рельефов и подчинялись их стилистической структу­ре. Одним из очень немногих примеров собственно настенных росписей Древнего царства является фрагмент «Гуси на тра­ве», деталь, сохранившаяся в гробнице сы­на фараона Снофру, зодчего и жреца Не­фермаата, и его жены Итет в Медуме (IV династия, 27 в. до н. э., Каир, Еги­петский музей). Не только фигуры птиц, но и каждое их перышко очерчены тонкой линией. Окраска таких маленьких участ­ков на головах, телах, хвостах птиц ло­кальна.

Однако в целом складывается гар­моничная цветовая гамма, мягкая, теп­лая — из коричневатых, сероватых и красно-желтых тонов.

 

 





Рекомендуемые страницы:

Воспользуйтесь поиском по сайту:
©2015- 2021 megalektsii.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.