Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Что должен знать каждый тренер




Если вы тренер или серьезный спортсмен, то должны серьезно отнестись к этим данным. Они могут иметь для вас непосредственное практическое значение.


256 _________________ Мартин Э. П. Зелигман

• Оптимизм не есть что-то такое, что вам известно
интуитивно. Тест ASQ измеряет то, что вы не може­
те сами оценить. Он в состоянии прогнозировать успех
правильнее, чем опытный тренер и эксперт по ганди-
кану.

• Оптимизм может подсказать вам, когда лучше ис­
пользовать одних спортсменов вместо других. Возь­
мите, скажем, важную эстафету. У вас есть быстрый
спортсмен, но он пессимист, который проиграл пос­
ледний личный забег. Замените его. Используйте
пессимистов только после удачных выступлений.

• Оптимизм может подсказать, кого выбрать и взять.
Если двое кандидатов близки по одаренности, берите
оптимиста. Он, по большому счету, окажется лучше.

• Вы можете воспитать оптимистов из своих пессимис­
тов.

Я пока не рассказал вам, что еще хотели Торнтоны. Они спрашивали, могу ли я взять их пловцов-пессимистов и сделать их оптимистами. Я ответил, что еще не совсем уверен, но соответствующие программы нами разрабатыва­ются, и они выглядят многообещающими. В порядке благо­дарности я обещал, что нашу программу работы со спорт­сменами мы передадим им первым. Сейчас, когда я пишу эту главу, наши тренеры находятся на пути в Беркли, чтобы обучить университет искусству оптимизма. Вы познакоми­тесь с техникой этого в последнем разделе книги.


ГЛАВА 10

ЗДОРОВЬЕ

Дэниэлу было всего девять лет, когда врачи поставили ему диагноз: лимфома Бэркитта, разновидность рака брюш­ной полости. Прошел год, ему исполнилось десять. Не­смотря на облучение и химиотерапию, рак разрастался. Врачи и почти все остальные утратили надежду. Все, кроме Дэнни.

Дэнни строил планы. Он собирался вырасти, стать ис­следователем и открыть способ лечения болезней вроде этой, чтобы другие ребята были в безопасности. Тело его слабе­ло, но оптимизм оставался сильным.

Дэниел жил в Солт-Лейк-Сити. Основным источни­ком его надежд был доктор, которого он называл «знаме­нитым специалистом с Восточного Берега». Этот врач, ав­торитет по лимфоме Бэркитта, заинтересовался болезнью Дэнни и консультировал издалека лечивших его врачей. Он планировал остановиться в Солт-Лейк-Сити по пути на Запад, на съезд педиатров, чтобы встретиться с Дэнни и побеседовать с его лечащими врачами.

Несколько недель Дэнни находился в состоянии воз­буждения. Он так много хотел рассказать специалисту. Он вел дневник и надеялся, что его записи помогут подобрать ключи к его исцелению. Он чувствовал себя активным участником собственного лечения.

В день предполагаемого визита специалиста Солт-Лейк-Сити накрыл туман, и аэропорт закрылся. Диспетчеры от­правили самолет специалиста в Денвер, и он решил лететь прямо в Сан-Франциско. Когда Дэниел узнал об этом, он тихо заплакал. Родители и сестры сказали, чтобы он не


258_______________________ М артяя Э* П. Зелигман

переживал и обещали позвонить доктору в Сан-Францис­ко, чтобы Дэнни мог с ним поговорить. Но на следующее утро Дэнни стал ко всему безразличным; раньше он никог­да таким не был. У него появился жар, началась пневмония. К вечеру он был в коме и на следующий день умер.

Что вы думаете об этой истории? Уверен, что вы не в первый раз слышите о смерти, которая пришла вслед за разбитой надеждой, или о ремиссии, которая наступила с обретением надежды. Такие истории можно услышать по всему миру достаточно часто, чтобы вселить веру в то, что надежда поддерживает жизнь, а безнадежность ее губит.

Но возможно и другое объяснение. Скажем, вдруг существует некий третий фактор, например, отлаженная иммунная система, которая и спасает жизнь, и порождает надежду. Или можно посчитать, что особенностью нашего вида является глубокое желание верить в то, что надежда способна творить чудеса, и мы рассказываем и пересказы­ваем истории, которые вроде бы подтверждают эту точку зрения; но на самом деле это просто совпадение, а гораздо чаще все происходит наоборот, и мы стараемся вычеркнуть из нашей памяти случаи, когда вслед за надеждой приходи­ла болезнь, а выздоровление шло за отчаянием.

Весной 1976 года на мой стол легло весьма необычное заявление о приеме в аспирантуру. Его автор, медсестра из Солт-Лейк-Сити Мадлон Висинтейнер, рассказывала исто­рию Дэнни. Она сообщала, что сталкивалась с несколькими подобными случаями, как с детьми, больными раком, так и (без особенного уточнения) «во время ее пребывания во Вьетнаме». По ее словам, сами по себе такие «истории» не могут быть для нее достаточно убедительным свидетельст­вом. Ей хотелось бы выяснить, может ли действительно беспомощность явиться причиной смерти, и если да, то каков механизм этого. Она хотела бы приехать в Пенсиль­ванский университет, чтобы поработать со мной, нроведя


Здоровье___________________________________ 259

сначала соответствующие исследования на животных, а за­тем употребить их результаты на пользу людям.

Простое и безыскусное объяснение Висинтейнер, един­ственное в своем роде, вызвало слезы у одного из членов приемной комиссии. Ее оценки были безукоризненны. Из ее автобиографии было трудно определить, где она была, в какое время и чем занималась в некоторые периоды своей взрослой жизни. Создавалось впечатление, что она часто куда-то пропадала.

После нескольких бесплодных попыток разобраться в этих неувязках, мы решили допустить ее к поступлению. Я с нетерпением ждал ее прибытия в сентябре 1976 года. Она не появилась, но вместо этого позвонила и наговорила что-"то о том, что ей необходимо остаться еще на год в Солт-Лейк-Сити, что-то насчет гранта в связи с исследованиями по онкологии. Грант на раковые исследования — вещь достаточно необычная для медсестры. Она попросила по­держать для нее место до следующего сентября.

В свою очередь я спросил, действительно ли она соби­рается приехать в Пенсильванский университет и работать по такой немодной тематике. Я предупредил ее, что очень немногие психологи и еще меньше медиков верят, что пси­хологические состояния типа беспомощности могут действи­тельно вызывать физические заболевания. Она окажется на академическом минном поле, и ее могут ждать одно препят­ствие за другим. Она ответила, что не вчера родилась и знает, чего хочет.

Она появилась у нас в сентябре 1977 года — такая же безыскусная и прямая, как и ее заявление, и такая же загадочная. Она избегала разговоров как о своем прошлом, так и о том, чего хочет добиться в будущем. Но в насто­ящем она трудилась на совесть. Это был просто какой-то научный смерч. Уже на первом году своей аспирантуры она взялась за нелегкую задачу доказать, что беспомощность Может явиться причиной смерти.


260 _______ Мартин Э. П. Зелигмав

Ее очень вдохновили новые результаты Эллен Лангер и Джуди Роден, в то время молодых медиков, занимав­шихся исследовательской работой в Йельском университе­те. Они работали с людьми преклонного возраста в частной лечебнице и регулировали возможность стариков влиять на повседневные события в их жизни.

Они разделили дом на этажи. Обитатели первого эта­жа получили дополнительную возможность влияния на свои образ жизни и дополнительное право выбора. Однажды к ним обратился директор: «Я хочу, чтобы вы узнали обо всем, что можете делать сами здесь, в «Тенистой роще». На завтрак можно выбрать либо омлет, либо яичницу, но выбрать нужно вечером. По средам или четвергам будет кино, но записываться нужно будет заранее. Вот цветы; можете выбрать, какой хотите, и унести к себе в комнату — но поливать его будете сами».

На втором этаже директор сказал: «Я хочу чтобы вы узнали о тех добрых делах, которые мы делаем для вас здесь, в «Тенистой роще». На завтрак бывает омлет или яичница. Омлет мы готовим по понедельникам, средам и пятницам, а яичницу — в остальные дни. Кино бывает вечером в среду и четверг: в среду — для тех, кто живет в левом коридоре, в четверг — для тех, кто в правом. Вот цветы для ваших комнат. Сестра выберет каждому по цвет­ку и будет за ним ухаживать».

Таким образом, получалось, что обитатели первого этажа могли сами распоряжаться дополнительными благами; на втором этаже люди получали те же блага, «о без возмож­ности влиять на них.

Через восемнадцать месяцев Лангер и Роден верну­лись в лечебницу. Они установили, что группа с правом выбора оказалась более активной и счастливой, судя по специальным оценочным шкалам. Они также обнаружили, что в этой группе умерло меньше людей, чем в другой.


Здоровье 261

Этот поразительный факт свидетельствовал, что выбор и возможность контроля над ситуацией могут спасать жизнь, а беспомощность, возможно, способна убивать.

Мадлон Висинтейнер хотела исследовать это явление в лабораторных условиях, где условия можно регулировать, и понять, каким образом владение предметом и беспомощ­ность могут влиять на здоровье. Она взяла три группы крыс; первой группе давали умеренный шок, которого мож­но было избежать, второй — неизбежный шок, а тре­тьей — никакого шока не давали. Но,' прежде чем начать собственно эксперимент, Мадлон привила каждой крысе в бок несколько клеток саркомы. Опухоль была такого типа, который неизбежно приводит к смерти животного, если не отторгается его иммунной системой. Количество привитых клеток было выбрано таким образом, чтобы в нормальных условиях 50% крыс отторгли бы опухоль и выжили.

Эксперимент был организован идеально. Все физичес­кие параметры контролировались: сила и продолжитель­ность шока; питание; условия проживания; размер опухоли. Единственное различие между тремя группами состояло в их психологическом состоянии. Первая группа ощущала приобретенную беспомощность; вторая владела ситуацией; третья, контрольная, была психологически неизменна. Если бы оказалось, что эти три группы отличались бы своей способностью отторгать опухоль, единственным действую­щим фактором могло оказаться психологическое состояние.

В течение месяца 50 /о крыс, не подвергавшихся шоку, умерли, а 50% — отторгли опухоль; это — обычное соотношение. У крыс, которые могли избегать шока, нажи­мая на клавишу, отторжение опухоли произошло у 70%. У беспомощных крыс, которые не могли избежать шока, от­торжение произошло лишь у 27 /о.

Вот так Мадлон Висинтейнер стала первым человеком, который продемонстрировал, что психологическое состоя-


262_______________________ Мартин Э. Я. Зелигяав

ние — приобретенная беспомощность — может вызы­вать рак.

На самом деле, почти первым. В то время как Мадлон писала статью о своей работе, чтобы послать ее в Сайенс, журнал, где сообщается о крупнейших научных открытиях, я открыл его последний номер. В нем двое канадских иссле­дователей, Ларри Склар и Хайми Анисман из Оттавы, сообщали о подобном эксперименте; они, правда, использо­вали мышей, а не крыс, и измерили скорость роста опухоли, а не способность ее отторгать, но результат был тот же: беспомощность вызывала более быстрый рост опухолей.

Другое открытие Мадлон было связано с детством крыс (точнее говоря, с периодом, когда крысята уже пере­стают питаться молоком матери). Мадлон обнаружила, что крысы, испытавшие в раннем возрасте способность влиять на ситуацию, приобретают иммунитет к опухолям, который сохраняется у взрослых животных. Она подвергала крысят воздействию шока, которого можно было избежать, неиз­бежного шока или вообще никакого, а потом ждала, пока они вырастут. Затем она привила им саркому, делила пер­воначальные группы на тройки и затем каждую новую группу подвергала воздействию двух видов шока (плюс отсутствие его). Большинство крыс, которые в раннем возрасте позна­ли чувство беспомощности, не смогло, будучи взрослыми, отторгнуть опухоль; большинство же тех, кто избежал шока в детстве, отторгли ее взрослыми. Таким образом, детский жизненный опыт оказался ключевым фактором для способ­ности отторгать опухоль взрослыми животными. Способ­ность контролировать ситуацию в детстве укрепляет иммун­ную систему, а ранняя беспомощность повышает риск рака у взрослых крыс.

Закончив работу над докторской диссертацией, Мадлон обратилась в ряд университетов, предлагая себя в качестве доцента; некоторые из них в ответ запросили ее подробную


Здоровье 263

автобиографию. Просматривая одну из них, я с удивлением узнал, что она уже была доцентом в Йельском университе­те со специализацией по медицинскому уходу, прежде чем поступить в аспирантуру по психологии. Кроме того, я уз­нал, что она заслужила Серебряную Звезду и разные дру­гие награды за мужество под огнем во Вьетнаме. Во время вторжения, в 1970 году, она возглавляла госпиталь в Кам­бодже, на территории так называемого Клюва Попугая.

Большего я из нее вытянуть не мог. Но теперь я начал понимать, где источник ее смелости и силы характера, кото­рые ей понадобились в 1976 году, чтобы преодолеть интел­лектуальное поле битвы, которое она выбрала для себя. Избранная ею область (воздействие психологических фак­торов на физическое здоровье) находилась в то время в безраздельном распоряжении знахарей и болтунов. Она хотела доказать с научных позиций, что сознание может влиять на болезнь, и эта мечта проходила красной нитью через ее медицинскую карьеру, несмотря на неверие и насмешки коллег. Согласно официальным догмам на болезнь могут влиять только физические, но не психические процессы. И Мадлон обратилась за сочувствием и поддержкой к академическим кругам. К тому моменту, когда она стала работать над диссертацией, Мадлон уже смогла доказать, что сознание способно влиять на болезнь. Даже медицинский мир начал верить в это. Сегодня Мадлон возглавляет кафедру ухода за детьми Медицинского факультета в Йельском универси­тете.

Поделиться:





Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015 - 2024 megalektsii.ru Все авторские права принадлежат авторам лекционных материалов. Обратная связь с нами...