Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Как распаковывают источник 3 глава




«Перевернутая пирамида»

Принцип «перевернутой пирамиды» это принцип «убывающего интере­са»: сообщение начинается с наиболее существенного, опорного, а затем важность приводимых сведений постепенно уменьшается.

Публичный акт самосожжения на Красной площади столицы попытал­ся устроить в воскресенье 40-летний житель Санкт-Петербурга. Как ста­ло известно редакции, столь отчаянным поступком он рассчитывал раз­жалобить инспекторов московской ГАИ.

Композиция, структура репортерского сообщения имеет первостепенное значение, определяя содержательную сторону информации и ее этическое наполнение, поскольку нацеливает на определенное восприятие, вызывает негативное или позитивное отношение к событию и к действующим лицам.

Вчера министр финансов Японии Хироси Мицудзука на экстренно со­званной пресс-конференции объявил о своей отставке. Это случилось по­сле того, как выяснилось, что арестованными взяточниками из минис­терства финансов оказались главный финансовый инспектор страны и его помощник.

Но этот же материал можно подать и по-иному: например так, что «жест порядочности» окажется затушеванным, имя министра почти напрямую будет связано с взяточничеством, в результате чего публикация станет этически не­корректной. Что и было проделано одной из оппозиционных японских газет:

Публичные обвинения во взяточничестве, а затем и арест высших чи­нов министерства финансов вынудили его главу — министра Хироси Ми­цудзука уйти в отставку.

Расположение частей, постепенность информирования воплощает со­ображения автора насчет того, что в новости — «основание», а что менее существенно.

Случается, что акцент на «важное» ничем не обоснован, явно произво­лен, само событие не дает оснований для выпячивания его итога, — не осо­бенно интересного, по сути, не сообщающего ничего нового... И просто бе­рет верх привычка строить повествование как «перевернутую пирамиду», располагая факты по убывающему интересу. Такая «пирамида» — дань шаб­лону, — никому, конечно, не нужна.

Емкий абзац

Обычно, главный смысл новости сообщает заход — самое начало, которое, вслед за англоязычными репортерами, журналисты называют «лид» (Lead), объединяя с такими однокоренными словами как «лидер», «лидировать», — «вести», «быть ведущим». Второй и третий абзацы, обычно, раскрывают то, о чем говорится в лиде, подкрепляют его дополнительной информацией.

Лид («выдающаяся, ведущая часть», «нос» сообщения) требует особого внимания по ряду причин:

он должен вовлечь в чтение, создавая впечатление неотложности и возбуждая интерес;

он освещает главную тему, наиболее важный элемент сообщения;

он устанавливает тон повествования.

Лиды, как и заголовки, и подписи к иллюстрациям (помимо самих иллю­страций) являются основными раздражителями для читателя, просматрива­ющего газетную полосу.

В жестких новостях ощущается сильный побудительный элемент,

особенно важный в начале

Лид материала, как и новость в целом, должен быть, насколько это воз­можно, кратким. Репортеры называют вводную часть новостей: «ведущее обобщение». Другое название: «суммирующий лид» (summary Lead). Надо заметить, однако, что ничего общего с настоящим обобщением (обобщением исследователя, аналитика) такое начало не имеет, это всего лишь собранные воедино наиболее важные параметры происшествия, их «сумма». Поэтому, в ходу и такие названия лида, как: «информационное резюме», «лид-сводка».

Вчера ночью в дагестанском городе Избербаш в пятиэтажном доме прогремел взрыв. По данным МЧС республики, пострадавших нет. Предпо­лагается, что взрыв произошел в результате утечки газа. Повреждены межэтажные перекрытия. Все жильцы дома отселены. Спасатели разби­рают завалы.

У суммирующего лида есть еще одно, на наш взгляд, неплохое название: «емкий абзац». (Абзац, в котором сказано мало, и в то же время достаточно для того, чтобы понять самое основное).

Как ни называй первые две-три фразы такого репортерского сообщения («ведущее обобщение», «суммирующий лид», «лид-сводка» или «емкий аб­зац») эти первые фразы — основание «перевернутой пирамиды», оказавшееся по воле автора наверху, и их назначение втом, чтобы безотла­гательно стало ясно, что же именно произошло.

Сразу необходимо прояснить: что, где, когда произошло, кто, как и зачем совершил действие

(или же кто и каким образом оказался в плену обстоятельств)

Подобный лид, обычно, не оставляет места для догадок и ожиданий — он напорист в своей категоричной очевидности.

Журналист стремится к тому, чтобы в максимально сжатой форме расска­зать как можно больше. Почти исчерпывающее сообщение по итогу события дает ответы на вопросы, проясняющие ситуацию.

Емкий абзац выступает гарантом относительной объективности, гарантом того,

что при «обстругивании» факта не будет убрано самое главное

Уточняя основные характеристики факта, автор пытается сразу понять, что важнее в происшествии — люди или события?

«Лид одного элемента»

Если в новости есть очень сильный момент, который следует выделить (все сосредоточено на имени или на итоге, или на времени происшест­вия...), журналист ощущает свое право заострять ответ на один из во­просов («кто» или «что», «когда», «где» или «как» совершил действие, или оказался к нему причастен).

Заход с «что» — это важность результата, первостепенное значение кон­кретизации итога события. Материалы спортивной хроники чаще употреб­ляют заход c «как». В анонсирующих новостях («новостях на завтра», уточ­няющих когда именно произойдет матч, откроется выставка) широко ис­пользуется заход с «когда». Хронику происшествий, обычно, открывает заход с «где». Наиболее популярный заход с «кто» подчеркивает главное действующее лицо во всех вариантах новостей.

Расположение ответов на ведущие вопросы, их «рейтинг» связаны с за­мыслом журналиста, с его видением события в целом и весьма субъектив­ным критерием выделения определяющих черт.

При конструировании «лида одного элемента» стоит опасаться

искажений основного факта

Именно замысел определяет приоритет того или иного момента события (акцентирующего важность результата, «известное лицо», трагизм ситуации, время свершения и пр.). Соответственно, меняется и структура материала — расположение их по убывающему интересу.

Особенно наглядно проявляется эти «произвольные вариации на тему» при сопоставлении публикации разных изданий и разных агентств, одно­временно откликающихся на какое-то одно событие.

Так, в свое время, на страницах одной из центральных российских газет появилась подборка сообщений о благополучном приводнении американских астронавтов, завершивших свой полет. И все они подавали новость по-разно­му: в то время как американское информационное агентство, сдержанно ли­куя, обращало внимание читателя прежде всего на героев полета (выделяя элемент «кто»), другое агентство, советское, более чем сухо, «сквозь зубы», констатировало «где» и «когда» состоялся финиш, при этом действующие ли­ца и масштаб деяния не выделялись в повествовании; автор как бы отказывал событию в неординарности и подготавливал соответствующее восприятие чи­тателя («Ну и что?», дескать, ничего сверхважного не произошло...).

Выбор лучшего, наиболее выгодного ракурса — «гвоздя» новости — од­на из основных задач репортера. Скажем, если надо сообщить о сорвавшем­ся террористическом акте, направленном против премьер-министра, то луч­ше сосредотачивать внимание именно на судьбе намеченной жертвы, а не на незначительных разрушениях, произведенных взрывом в отеле, где пре­мьер-министр присутствовал на ежегодной конференции своей партии.

Последовательность ответов — это выбор журналиста; составляя «пирами­ду», проявляя творческую активность, автор «проявляет», делает очевидной и свою оценку события, и свою нравственную позицию. От предложенных им ва­риантов жесткой конструкции может кардинально меняться смысл новости.

Скажем, выбран заход с «что»: Прервано железнодорожное сообщение под Ла-Маншем... Но другой журналист начнет сообщение с другого «что»: Забастовка машинистов поездов... Третий напишет: Убытки кампании вла­дельцев трассы... Четвертый отметит: Сорваны планы летних отпусков многих лондонцев... и тем самым подчеркнет не факт социального протеста, а неудовольствие, неудобства и т.п.

Комбинированный лид

Выбор захода зависит от темы, вкуса журналиста, от стиля издания и его преимущественной ориентации на деловую, познавательную, научно-попу­лярную или развлекательную информацию. Разные тематические направле­ния новостей по-разному работают с фактом.

Краткое сообщение, преподносящее читателю новость, может быть не только четко монотемным. Оно может заострять внимание на нескольких (обычно, двух сразу) моментах происшествия, одинаково важных. Поэтому различаются структуры «одноэлементные» и усложненные из-за необходи­мости сплетать две или более новости, так называемые «сообщения множе­ственных элементов».

Новость, ценную одновременно двумя или несколькими моментами на­чинает «составной», «складной» лид.

Вчера начался долгожданный процесс над участниками заговора, но за­щитники немедленно подвергли сомнению пригодность судебной комиссии и прокурора.

У этого варианта захода — своя специфика, свои возможные неточнос­ти. Нередки случаи объединения действительно важного с менее важным — репортер устанавливает сомнительную равнозначность каких-то элементов новости. В итоге, читатель может, к примеру, воспринять случившееся с че­ловеком как результат его действий или в его сознании отпечатается перво­степенная важность заявления политика, которую журналист объединил в суммирующем лиде с фактом экстренного заседания правительства, хотя по­вод для заседания был совсем иным.

Комбинированный лид трудно оформить изящно; начало материала, под­час, выглядит как «лид — вешалка»: практически исчерпывая в первой фра­зе весь новостной материал, автор «навешивает», нагромождает ответы сра­зу на все вопросы. Что приводит к хаотичному образованию, спутывает «рейтинг элементов», возможно, искажает смысл.

Варианты комбинирования частей единого ответа, их разделение на самые важные,

менее важные, вспомогательные, второстепенные дают разнообразие заходов,

заметно влияя при этом на объективную сторону изложения факта

В целом, характерные ошибки «ёмкого абзаца» (и « лида одного элемен­та», и «комбинированного лида»):

Беспорядочный, хаотичный лид (автор старается выделить сразу мно­гое, а получается вместо «аккорда» — хаос звуков, смысл сообщения улавливается с трудом);

лид, затерянный в тексте (такая ситуация требует вмешательства ре­дактора, исправления всей конструкции);

искусственное объединение важного с неважным.

И еще один существенный момент. Когда автор предполагает выстра­ивать схему «перевернутая пирамида», начинает писать суммирующий лид («емкий абзац»), он должен со всей ответственностью отдавать се­бе отчет, какой именно «убывающий интерес» имеется в виду. Чей это интерес? Точно ли Читателя? Или же, все-таки, Автора и журналист не сумел подняться над своими пристрастиями до уровня возможной объ­ективности?

«Исчерпывающая краткость»

Краткая новость должна быть совершенно ясна читателю.

Во многих случаях, вместо ограничения новости, ее «обстругивания», требуется, напротив — расширение. Необходимость вспомогательных эле­ментов новости, поддерживающих и проясняющих ее суть, определяется по­нятием: «исчерпывающая краткость».

Лид призван информировать, а не озадачивать

Необходимо, решая проблему рейтинга главных элементов, не опускать существенного в погоне за краткостью первой фразы, а перекинуть его в следующий абзац.

Интересно, что по данным исследователей журналистики лиды качест­венных газет, обычно, несколько пространнее, чем лиды «желтой» прессы (более обстоятельные, они более сбалансированы и объективны, авторы вы­нуждены кое-что представить в менее лапидарном варианте; вся обстанов­ка коллективного творчества таких редакций предостерегают от топорно «обрубленных» новостей).

Непрофессионализм репортера обнаруживается в конструкциях типа «лид — вешалка», нагромождающих сведения, перегружающих первые фразы (о чем шла речь выше). Кроме того, читателю приходится «расшиф­ровывать» текст, с трудом добираясь до смысла и тогда, когда текст репорте­ра грешит невнятицей. «Индюкословие» — интонационно однообразное невнятное бормотание, нечеткие слова, объединенные в большой период — настоящее бедствие газетного языка современной прессы:

Невозможность предсказать продолжительность оппозиции к ликвида­ции сегрегации...(Прочитав такое начало оперативной новости, шеф отдела решил репортера уволить).

В погоне за краткостью не стоит пытаться скрутить в один клубок, в ем­кую первую фразу слишком многое, сразу сказать обо всем, да еще употреб­ляя первые попавшиеся слова (как правило, это штампы). Худший вариант — «запрятанное» начало, когда забалтывается, теряется в словах самая важная часть сообщения.

Требование исчерпывающей краткости выдвигает на первый план не краткость, но ясность

Для достижения ясности прилагается немало усилий. Есть соответствую­щие профессиональные приемы.

Посмотрим, к примеру, как проясняется ответ на вопрос «кто».

Когда действующее лицо само по себе не являет «персону», но стало за­метным в связи с происшествием, с совершением каких-то противоправных действий (несчастный случай, убийство), в заходе с «кто» не даются полно­стью все сведения о личности (имени, профессии, должности и т.п.), часть этих сведений перекидывается во второй абзац.

Бывает важно не только указать имя, но и подробно «расшифровать» его, уточнив должность, социальный статус:

Полномочный представитель правительства страны при ООН...

Один из наиболее популярных лидеров новой оппозиции...

Иногда очень существенна ситуативная характеристика:

Человек, проведший в заточении большую часть своей жизни...

Делегат, представляющий интересы беженцев....

«Имя» может расширяться и за счет имиджа:

В очередную годовщину гибели одного из лидеров кубинских «борода­чей», знаменитого «команданте Че» — полковника Че Гевары — прави­тельство Кубы решило увековечить память о нем....

Определение «кто» подается в расширенном варианте ввиду особых, значимых обстоятельств:

Президент, сам отец троих детей, поддержал законопроект в пользу улучшения образования подрастающего поколения...

В ряде случаев более пространное определение действующего лица вы­звано необходимостью подчеркнуть его возраст:

Самый молодой в истории страны премьер-министр...

35-летний ветеран сборной по хоккею...

Ответ на вопрос «кто» часто бывает сложным, составным в криминаль­ной хронике, одновременно подчеркивая и возраст, и обстоятельства:

Несовершеннолетний беспризорник, дважды попадавшийся на кражах...

Освобожден 28-летний предприниматель, в течение трех недель быв­ший в заложниках...

Вообще, как показывает практика, определение «имени» может быть сколь угодно пространным, для того чтобы внести необходимую ясность в сообщение.

Умерла сурдопереводчик, посвятившая всю свою жизнь организации благотворительных кампаний в пользу глухих детей. Эта героическая женщина, М. Палмер, сорок лет была почетным секретарем национальной Ассоциации глухих.

Во многих сообщениях конкретные имена, фамилии действующих лиц приводить не обязательно, но при этом герой заметки должен быть обрисо­ван достаточно полно:

Курсант Камышинского высшего военного командно-инженерного стро­ительного училища из автомата расстрелял сослуживцев — убил десять человек и ранил троих. После этого сам убийца застрелился.

В городе Щекино задержаны заместитель главврача одной из больниц и 27-летняя местная жительница, предполагавшие продать новорожденно­го ребенка.

На Военно-Грузинской дороге сержант — контрактник российских ми­ротворческих сил, которому на днях предстоял перевод на другое место службы, ценой собственной жизни предотвратил дорожную аварию.

И не только описание личности, вопреки требованию предельного лако­низма краткой новости, бывает обстоятельным. Та же ситуация и с ответами на другие вопросы: «что», «где», «когда» и «как».

Скажем, уточнение «где» тоже очень часто обрастает необходимым по­дробностями (расширение географических познаний читателя, необходи­мые напоминания, о какой стране или части света идет речь). Уточнению подлежат очень многие названия местностей:

В селении Зичи (Очамчирский район Абхазии) сильный оползень разру­шил до трети всех домов.

В Рангуне — столице государства Мьянма (бывшая Бирма) произошло столкновение сил оппозиции со стражами порядка.

Такие пояснения допустимы, а порой и обязательны, однако, репортер­ские определения места происшествия в кратких новостях не стоит обраба­тывать в образном варианте, словами и интонацией преувеличивая, либо преуменьшая географические масштабы.

В глухой провинции, в городе N...

Затерянный в высоких Андах в совершенном отдалении от центров культуры...

В суматошном муравейнике Токио — кошмаре современной цивилизации...

Подобные «уточнения» часто этически некорректны: повсюду живут лю­ди, они вправе обидеться на пренебрежительный отзыв об их родине.

В репортерских материалах, по необходимости, «расшифровываются» научные термины, сложные аббревиатуры названий учреждений, партий. Но делать это надо осмотрительно и ненавязчиво, что особо проблематично в деловой прессе, где часто нужны пояснения, связанные с названием корпо­раций, банков, фирм, вкупе с их многочисленными дочерними предприятия­ми, и в то же время необходимо соблюдать пиетет по отношению к своему респектабельному и осведомленному в деловой ситуации читателю. (Не должно проскальзывать и тени сомнения в его осведомленности!)

Есть и еще одно направление вынужденных расширений репортерского текста при его редактировании. Подчас выясняется, что необходимо зано­во проработать фрагменты, которые выглядят как общие места, «туманнос­ти», поскольку в погоне за лаконизмом возникла невнятица. Во многих слу­чаях стоит сказать больше, чем проведена встреча, доклад был опублико­ван и т. п., расшифровать смысл.

Часто путаницу и невнятицу влечет за собой употребление отрицаний. К ним надо относится с осторожностью, разбивать предложения, писать про­страннее, но понятнее. Например, вместо: Министерство иностранных дел не подтвердило и не опровергло информацию военного ведомства об осво­бождении заложников…Лучше написать: Захваченные террористами чле­ны наблюдательной группы, по данным военного ведомства, уже освобож­дены, но Министерство иностранных дел пока воздерживается от каких-либо заявлений по этому поводу.

Заботится репортер и об энергичности, целеустремленности текста. Час­то в жесткой форме передаются события внезапные; лаконизм и динамика «скрученной» фразы дает эффект сиюминутности, кажется, что новость уз­нают почти во время происшествия (Мощный взрыв произошел...)

Иной раз, ради краткости, энергичности, более целеустремленного воз­действия на аудиторию, автор пытается использовать «самые выигрышные моменты факта», не особенно вникая в ситуацию. И происходит такое «ли­тературное оформление» материала, которое искажает событие; например, репортер может «пережимать» трагическую ситуацию. Вследствие того, что из лида заметки были убраны как «ненужные», некоторые подробности, по­жар кажутся грандиознее, перспектива гибели реликтовых серых китов из-за загрязнения океана или отставка правительства — делом завтрашнего дня... Достаточно сложное предстает как простое, если чересчур категорич­но подчеркнута лишь одна из сторон, одно обстоятельство.

Необходимые расширения в кратких новостях, требование «исчерпыва­ющей краткости» связаны не только с ясностью, но и со сбалансированнос­тью сообщения — важным условием правдивости (насколько это возможно в условиях репортерства). Всегда необходимо перепроверять, не грешит ли заход, лид материала против истины.

При уплотнении, «скручивании» фраз есть опасность помешать удобству

мгновенного восприятия или погрешить против правдивости.

Сокращая, часто избавляются от «неудобного» или нежелательного

Повторим: конечно, первая забота репортера — о том, чтобы сообщение было лаконичным. Но только тогда, когда его смысл совершенно и «мгновен­но» понятен, возникает еще более ценное ощущение — четкость. Новость становится «выпуклой», воспринимается легко.

Итак: краткость, ясность, четкость.

Совсем хорошо, если при этом достигнута и точность.

Документализм сообщения (его адресная привязка к определенному ме­сту, времени происшествия, указание на реальные лица, должности) бывает весьма добросовестным, впечатляющим, и, тем не менее, вовсе не обязатель­но обещает точность смысла происшедшего.

Когда речь заходит о краткой новости, стоит определить, какая именно точность имеется в виду? Тут, по крайней мере, два варианта:

точность соответствия ситуации (в идеале — «зеркальность»);

точность авторского взгляда на событие, точность акцентов.

Задача журналиста, пишущего краткую новость — не только отсечь лиш­нее, собрать оставшееся, установить иерархию ценностей и изящно офор­мить материал, сделав его привлекательным и мгновенно воспринимаем. Не менее важно «заостряя и нацеливая», несколько раз проверить свое произ­ведение, имея в виду и правдивость (соответствие того, что получилось в ре­альной ситуации), и точность, подразумевающую возможную степень объек­тивности при расстановке нужных акцентов.

КАК РАССТАВЛЯЮТ АКЦЕНТЫ

Для достижения хорошего результата репортерской работы, появления материала, не исказившего правду жизни и этически корректного, важно, как именно автор представил масштаб новости, на кого и как ссылался, стараясь сделать свое сообщение не только понятным аудитории, но и до­стоверным.

В процессе работы над заметкой, когда выверяется рейтинг главных эле­ментов, проясняется, необходимы ли «расширения», надо достаточно вни­мательно отнестись к так называемым вспомогательным элементам новости: ссылкам, цифрам, цитатам. А также удержаться в границах, уместных для формы кратких новостей и этически допустимых при проявлении личного, авторского отношения к факту.

Всего лишь ссылка...

Удостоверенность факта очень существенна для краткой новости. В большинстве материалов репортер не только сообщает о событии, он сооб­щает также и о том, откуда это ему известно. Важны «свидетельства»: то, о чем говорится — не выдумка, все приведенные сведения и мнения имеют под собой какое-то основание.

Необходимо продемонстрированное, закрепленное в тексте

«свидетельство о факте»

Без ссылки на источник информации не обходится почти ни один репор­терский материал: однако, по качеству достоверности и по своим задачам они очень разные.

Различаются ссылки:

на источник сведений;

на источник мнений.

Компетентное свидетельство — первоисточник

Это наиболее «добротные» ссылки с безотказным эффектом очевиднос­ти. О реальности факта свидетельствуют специальные, широко известные организации, агентства новостей. Информация исходит от отдельных авто­ритетных лиц при прямых ссылках на источник сведений:

Как сообщил «Известиям» председатель ФСПС В. Мелех...; Агентство Рейтер передает, что...; По сведениям, опубликованным в газете деловых кругов...; Французское правительство решило продать 67% акций Торгово-промышленного банка, — объявил во вторник вечером министр экономики Доминик Стросс-Кан...

Ссылка на авторитет или организацию, от которых исходит информация, особенно важна при факте сенсационном, в который верится с трудом, ког­да надо убирать налет сомнительности.

Российские военнослужащие подозреваются в причастности к органи­зации детской проституции на территории Греции — об этом сообщило Агентство судебной информации (АСИ).

Косвенная ссылка на источник сведений

Как сообщили нам в таможенном комитете...; Из источников в Североморске «Московским новостям» стало известно...; По каналам информации распространено сообщение, что с 1 июня приостанавливает деятельность крупнейший производитель сверхсовременных истребителей МАПО «Миг»...; Источник в Минфине сообщил, что в коммерческие банки разослано письмо...

Такие ссылки имеют свои особенности и свои преимущества.

Не уточняется, кто именно дал информацию, сделал это по собственной инициативе или по инициативе журналиста, однако, упоминаются заслужива­ющие доверия организации. Косвенная ссылка по частоте употребления даже опережает прямую, поскольку имеет ряд преимуществ: выглядит достаточно «солидно», однако, менее ответственна. Она не раз выручала репортеров, по­обещавших не обнародовать имя человека, от которого исходили сведения.

И те и другие компетентные свидетельства приводятся для того, чтобы читатель не сомневался в правомочности репортера говорить о факте как о действительном происшествии.

Случайное свидетельство

Может приводиться свидетельство очевидца событий — неизвестного человека или самого журналиста.

Такая ссылка требует дополнительного подкрепления. Примечательно ироничное крылатое изречение, пришедшее из сферы юридической практики, отразившее опыт следователей: «Врет, как очевидец...». Причем предполага­ется, что «врет» он вдохновенно, вовсе не желая лгать, лишь «увлекаясь». И подобные свидетельства бывают очень интересны, впечатляющи, о чем знают репортеры, насыщая свидетельствами очевидцев свои произведения.

...Один из уцелевших в этой катастрофе, сорокалетний бизнесмен из Атланты, сообщил следствию, что незадолго до падения самолета по­гас свет в салоне, и исчезли бортовые огни, которые он до того видел в иллюминатор...

Недостоверное свидетельство или Затемненный источник

По слухам...; Как поговаривают в кругах, близких к правительствен­ным...; Есть сведения, что...; Заинтересованные лица поделились с нашим корреспондентом...; По просочившейся информации...

К этим и подобным «ссылкам», естественно, отношение настороженное. Однако, не употреблять их вовсе репортерам трудно, да и нецелесообразно. Упоминание неопределенных источников — это тоже свидетельство: об уровне проясненности ситуации, о скудости информации. Это предупрежде­ние читателя о возможных ошибках.

Есть забавное профессиональное определение таких полу-достоверных свидетельств: «ссылка-паровоз». Оно означает, что упоминание «слухов» или «неподтвержденных сведений» может быть поводом, способом «протащить» интересное, но не доказанное сообщение на газетную полосу, пустить его в эфир. Читатель (слушатель, зритель) предупрежден: в данном случае нет аб­солютно достоверного источника или он пока не желает о себе заявлять.

Особенно естественно выглядит «ссылка-паровоз», когда ею открывают так называемые «новости-анонсы» («новости на завтра»), в большинстве своем, не чуждые сомнению (то ли будет, то ли нет).

По неподтвержденной информации Национальный фонд спорта РФ в скором времени может приобрести контрольный пакет акций банка «На­циональный кредит».

Иногда, точно объявляя, что, когда и где состоится (открытие спортивных игр, гастроли зарубежной «звезды»...), автор все же подмешивает в сообще­ние и фрагмент прогноза, предположения, ссылаясь на неназванные «компе­тентные лица» или на неопределенное общественное мнение: «Как полагают, это будет...», «Ожидания связывают с ...», «Болельщики надеются...» и т. п.

Грань «дозволенного» при употреблении затемненных источников весьма тонка, однако неверно считать любой материал с такой ссылкой заведомо лжи­вым; предлагая «хотите верьте, хотите — нет», журналист вполне честно ука­зывает на дефицит сведений, или на недостаточную самоочевидность событий.

Свидетельства, опровергающие факты

Кроме ссылок, которые подтверждают (лучше или хуже, — но «удостове­ряют») событие или прогнозируют его проявление, необходимы и свиде­тельства, опровергающие факты, указывающие на недостоверность слухов о происшествии или корректирующие масштабы случившегося.

Сообщение об очередной смене правительства во Франции оказалось преждевременным; о чем официально было заявлено сегодня представите­лем пресс-службы президента страны.

Повышения цен, «назначенного» общественным смятением умов на начало августа, не будет, как авторитетно заявляет представитель Центробанка РФ.

Сдвоенное свидетельство

В сообщениях репортера эффект правдивости и, главное, сбалансиро­ванности сведений иногда дает «скрещение ссылок».





Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015- 2022 megalektsii.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.