Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Обязательства, возникающие вследствие причинения другому вреда (Замотаева Т.Б.)




Заказать ✍️ написание работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

 

В литературе существует устойчивая позиция, что ГК РСФСР 1922 г. появился вместе с нэпом и только ради проведения нэпа в жизнь[682]. Комментируя ситуацию того времени, П.И. Стучка писал, что «гражданский оборот представляет собой небольшой оазис, подчиненный гражданскому кодексу и гражданскому суду. Рабочий класс будет жить по законам кодекса о труде, даже судиться он будет в особом суде (трудовые сессии, конфликтные комиссии). Крестьянин о земле спорить будет по земельному кодексу и в особых земельных комиссиях. Наконец, и национализированное производство, транспорт и внешняя торговля будут жить своею, советскою жизнью и даже судиться в особых разных ведомствах... А эту идиллию будет нарушать лишь незначительное количество экскурсий национализированного капитала в область гражданского оборота, гражданского права и суда»[683].

В основу ГК было положено Гражданское Уложение, из которого «выкинуто все, что показалось ненужным»[684]. Потому вопросы, регулирующие защиту субъективных неимущественных благ граждан, оставались на «втором плане» после имущественных отношений государства.

«Личные блага (жизнь, здоровье, достоинство и т.п.), нарушенные виновным действием, в гражданском праве охраняются лишь посредственно,в виде возмещения имущественного вреда, связанного с вредом личным. Так называемый неимущественный вред гражданским правом не возмещается»[685].

В Гражданском кодексе РСФСР 1922 г.[686] специальная глава (гл. XIII) была посвящена обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда другому. В силу ст.403 ГК, причинивший вред личности или имуществу другого обязан был возместить причиненный вред. Он освобождался от этой обязанности при доказанности, что он не мог предотвратить вреда, либо что был управомочен на причинение вреда, либо что вред возник вследствие умысла или грубой неосторожности самого потерпевшего. Таким образом, нормы нового кодификационного акта страны Советов, послужившие началом развития института обязательств вследствие причинения вреда, презюмировали концепцию генерального деликта.

В соответствие ст. 410 ГК, возмещение за вред должно состоять в восстановлении прежнего состояния, а поскольку такое восстановление невозможно - в возмещении причиненных убытков.

Состав обязательства, возникающего вследствие причинения вреда другому, включал в себя непосредственно вред, противоправные действия, причинно-следственную связь между действиями и вредом, вину причинителя вреда.

Под вредом, причиненным личности, понимали такое повреждение здоровья, работоспособности, подрыв служебного или общественного положения и других личных свойств и отношений, результатом которого было ухудшение имущественного положения - утрата заработка, расходы на лечение и тому подобное. Наличие вреда, как теперь, так и тогда, являлось основанием внедоговорной ответственности.

Вред, причиненный личности, подлежал возмещению независимо от восстановления в подлежащих случаях права на личное благо.

Из сути ст. 403 ГК следует, что причинение вреда только в том случае является основанием возникновения обязательства, если вред причинен виновным и противоправным действием.

Возмещение морального вреда в то время не предусматривалось. По такому пути шла и судебная практика. В научной литературе отмечалось, что институт возмещения морального вреда присущ исключительно буржуазному праву, принципиальная недопустимость которого в советском обществе очевидна[687].

Противоправным действием в литературе тех лет признавалось такое поведение лица, которое противоречило нормам советского социалистического права, включающим и правила социалистического общежития[688].

Действия лица, причинившего вред, могли быть результатом, как положительного активного поведения (действия), так и пассивного (бездействия).

Характерно, что норма о возможности причинения вреда включала и те случаи, когда причинение вреда не только являлось результатом правомерной деятельности причинившего, но и входило составной частью в само содержание его права. В частности, это право могло принадлежать непосредственно причинителю вреда (право на самооборону) либо быть предоставлено должностными функциями (право задержания).

ГК не содержал норм, которые устанавливали бы ответственность за вред, причиненный незаконными действиями должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, что, было устранено в последующих кодифицированных актах.

Таким образом, в более поздних редакциях ст. 407 ГК[689] было закреплено положение о возмещении вреда, причиненного неправомерными служебными действиями должностных лиц, причем имущественная ответственность могла наступить лишь в случаях, особо указанных в законе, и если неправомерность действий должностного лица будет признана соответствующим административным или судебным органом[690].

Вопрос о виновности лица оставался крайне полемичным. Одни авторы высказывались за то, что всякий факт причинения вреда, независимо от субъективной виновности причинителя обязывает его к возмещению причиненного вреда[691]. Другие считали иначе, что обязательство возмещения вреда порождается только виновным причинением, а не всяким действием причинителя[692]. К исключениям относились случаи причинения вреда источником повышенной опасности.

Вина предполагает определенное отношение лица к его непосредственному противоправному поведению. Если действие не является противоправным и дозволено законом, оно не может быть виновным[693]. Виной называли умысел или неосторожность лица, поступившего противоправно и причинившего своим действием (или бездействием) вред другому лицу. Причинитель вреда освобождался от обязанности по возмещению, если докажет, что он не мог предотвратить вреда (ст.403 ГК).

С точки зрения Л.А. Лунца, вина – субъективна: она раскрывается путем исследования отношения сознания и воли человека к его действию или бездействию. «Причинная связь – вся в объективной зависимости результата от действия или бездействия лица. Оба момента вина и причинение – в действительности сочетаются, образуя некое единство, выражающееся в том, что причинная связь между поступком человека и следствием этого поступка получает то или иное (положительное, в форме предвидения, или отрицательное, в форме непредвидения) отражение в сознании действующего лица, что так или иначе определяет волю и поведение этого лица; с другой стороны вина…получает внешнее выражение (объективируется) в поступках человека – в его действии или бездействии»[694].

Причинная связь между противоправными действиями и вредом являлась одним из элементов состава деликтного обязательства и презюмировалась нормами ГК: причинитель вреда, освобождался от ответственности по возмещению вреда, если был управомочен на причинение вреда (ст.403 ГК).

Нельзя не согласиться с позицией Л.А. Лунца, который говорил: «… чтобы обсудить причинную связь между двумя фактами, мы должны мысленно выделить эти факты из мировой взаимосвязи явлений. Когда мы исследуем причинную связь между противоправным поступком человека и последовавшим за ним вредоносным результатом, мы рассматриваем имущественную сферу потерпевшего как нечто данное (исходное), а поступок правонарушителя как нечто, воздействующее на эту сферу и создающее в ней те или иные изменения»[695].

Причинность нельзя понимать как простую последовательность событий во времени, не ставя вопроса о закономерности в чередовании событий.

Рассмотрим особенности субъектного состава анализируемого обязательства.

В качестве потерпевшего, как правило, выступал гражданин (рабочий или служащий), т.е. лицо, состоявшее с предприятием в трудовых отношениях. Это было связано с тем, что, заботясь о материальном обеспечении потерпевшего, государство возлагало на себя обязанность по выплате пособий и пенсий по линии социального страхования и социального обеспечения. По этому принципу было издание специальных правил в форме подзаконных актов[696]. Эти правила не распространялись на лиц, выполняющих работу не по трудовому договору: колхозников, лиц, выполнявших работы по подрядному договору или другому гражданско-правовому договору; бывших заключенных, получивших увечье при выполнении работ во время отбывания наказания.

Причинителем вреда предполагался дееспособный гражданин или предприятие, учреждение, организация, если в результате виновных действий (или бездействия) одного из них застрахованному лицу было причинено увечье или смерть.

Законодательство предусматривало множественность лиц на стороне причинителя. Так, лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно (ст.408 ГК).

ГК не содержал специальных норм, регулирующих ответственность за причинение вреда несовершеннолетними лицами, также как и ответственность за причинение вреда несовершеннолетним лицам. Поэтому общие правила распространялись на обе категории граждан.

Специальная ответственность была выделена в отношении учреждений (ст.407 ГК), как особого субъекта опосредованно выполняющего функции государственного аппарата. Сужение ответственности учреждений было произведено исключительно из соображений, имевших в виду ответственность и интересы государства; все «особые законы», существовавшие в развитие ст.407 ГК, устанавливали ответственность государства, а законов, устанавливающих ответственность каких-либо частных или общественных учреждений, не существовало, полная же их безответственность была бы совершенно непонятна[697].

Также к специальным субъектам относился владелец источника повышенной опасности (в соответствии с формулировкой ст. 404 ГК: лица и предприятия, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих). Характерно, что в тот период времени зарождалась, наряду с другими, теория деятельности, положенная в основу формулировки источника повышенной опасности (ИПО) в современном законодательстве (ст. 1079 ГК РФ). Однако первоначальное определение ИПО было основано на перечислении объектов, представляющих повышенную опасность для окружающих, как то: железные дороги, трамвай, фабрично - заводские предприятия. Среди владельцев ИПО особо выделялись торговцы горючими материалами, держатели диких животных и лица, возводящие строения и иные сооружения, отвечающие за вред, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы либо умысла или грубой небрежности самого потерпевшего.

В литературе того периода учеными было обращено внимание на особые свойства ИПО. С точки зрения Е.А. Флейшиц, данные предметы становятся источниками повышенной опасности благодаря их специфическим качествам, в связи с которыми они при использовании развивают такую энергию, проявляют такие свойства, которые при достигнутом уровне развития техники не поддаются полностью контролю человека и поэтому создают высокую степень вероятности причинения вреда[698].

Интересно, что для решения вопроса об ответственности перед потерпевшим по ст. 404 ГК, значение имела не вина, а характер деятельности, которой причинен вред, что и являлось юридическим основанием этой ответственности. Вина в статье об ИПО не составляла необходимого условия ответственности. Наоборот, для возложения ответственности на страхователя только виновное поведение его органов, рабочих и служащих (либо членов кооперативных организаций), но не характер деятельности, причинившей вред, мог являться юридическим основанием этой ответственности.

Таким образом, если причинитель вреда – не страхователь потерпевшего, а вред причинялся его деятельностью, связанной с применением ИПО, и при этом виновен, то вина – лишь дополнительный фактор, обусловивший возникновение вреда наряду с повышенной опасностью. Если же вред причинялся страхователем потерпевшего хотя и в связи с осуществлением деятельности, связанной с применением ИПО, то вина определялась не как дополнительный квалифицирующий признак, а выступала самостоятельным и необходимым условием ответственности (ст. 404 и 413 ГК)[699].

Законодатель в случаях, прямо предусмотренных ГК (ст. 9, ст. 405), закрепил возложение ответственности не на причинителей, а на третьих лиц. Так, недееспособные лица (за исключением несовершеннолетних, достигших 14 лет, и лиц, взятых под опеку, как расточителей) не отвечают за причиненный ими вред; за него отвечает лицо, обязанное иметь надзор за недееспособным.

Возложение на предприятие ответственности за виновное причинения увечья или смерти работнику вытекало из принципа социалистической законности, одним из проявлений которого было строгое и точное выполнение законов об охране труда. Закон устанавливал обязанность администрации предприятия обеспечить здоровые и безопасные условия работы и принимать все необходимые меры к предупреждению несчастных случаев (ст. 139 КЗОТ).

В рекомендациях Судебной коллегии предписывалось, что при рассмотрении любого дела суд должен указать, в чем конкретно выразилось противоправное поведение администрации предприятия. Иначе не может быть возложена и ответственность на предприятие, т.к. выяснение, «в чем конкретно выражается вина ответчика как страхователя потерпевшего, за которую он должен ответить по ст. 413 ГК», является по выражению Верховного Суда СССР, «основным вопросом» при разрешении данной категории дел[700].

В случае виновного причинения вреда лицу в процессе его производственной деятельности восстановление прежнего состояния обеспечивалось путем предоставления потерпевшему права дополнительного требования к предприятию, если этот ущерб не покрывался назначенной пенсией или пособием по линии социального страхования. Так, согласно ст. 413 ГК, если вред причинен преступным действием или бездействием предпринимателя…, потерпевший, поскольку он в порядке социального страхования не получал полного возмещения вреда, имел право дополнительного требования к предпринимателю.

Хотя институт ответственности за причинение вреда личности был близок социальному страхованию, в литературе были выделены их различия: 1) обязанность органов социального страхования (социального обеспечения) вытекала из конституционного права и наступала независимо от наличия или отсутствия вины причинителя, и независимо от обнаружения самого причинителя (ст. 176 КЗоТ РСФСР). Ответственность предприятий наступала лишь при наличии вины; 2) если при назначении пенсии вина потерпевшего не учитывалась, то в обязательствах из причинения вреда вина потерпевшего имела существенное значение, уменьшая размер возмещения или освобождая невиновного причинителя вреда от ответственности; 3) если социальное страхование имело целью материальное обеспечение потерпевшего, хотя и в определенной зависимости от размера причиненного ущерба, но не обязательно в полном объеме, то обязательства из причинения вреда имели целью восстановление прежнего состояния потерпевшего в полном объеме[701].

Возмещение вреда, причиненного здоровью,имело целью восстановить прежнее материальное положение потерпевшего на будущее время. Несмотря на то, что материальное положение определялось заработком, оно не могло быть сведено только лишь к сумме заработка на момент увечья, поскольку размер заработной платы мог быть увеличен или уменьшен в связи с меняющейся квалификацией работника, при различных системах оплаты труда. Исчисление среднего заработка производилось из расчета фактического заработка, который после удержания из него налогов получал потерпевший за 12 календарных месяцев, предшествующих месяцу, в котором наступила утрата трудоспособности. Если же потерпевший до увечья работал незначительное время, то в основу исчисления заработка брался средний заработок рабочего такой же квалификации (или неквалифицированного рабочего), что подтверждалось справкой Обкома профсоюзов[702].

Ущерб в заработке покрывался пособием, выплачиваемым потерпевшему за счет средств социального страхования. По законодательству того времени пособие по временной нетрудоспособности выдавалось всем рабочим и служащим, начиная с первого дня утраты трудоспособности до ее восстановления или до установления врачебно-трудовой экспертной комиссией (ВТЭК) инвалидности. До 1 февраля 1957г. пособие по временной нетрудоспособности не превышало 90% заработка, после указанной даты оно составляло – 100% независимо от стажа работы.

Не учитывались суммы, хотя и получаемые в связи с трудовыми отношениями, но не в порядке оплаты труда, например, квартирные деньги, суммы, выплачиваемые взамен продовольственных пайков и вещевого довольствия работникам военизированной охраны, пожарной охраны, выходные пособия, суточные и подъемные при переводах и командировках и т.д.

При причинении увечья, повлекшего стойкую утрату трудоспособности, на размер возмещения влиял не только средний заработок, но и степень (процент) утраты потерпевшим трудоспособности в связи с увечьем.

Выделялись следующие виды утраты трудоспособности:

1) полная утрата общей и профессиональной трудоспособности; 2) полная утрата профессиональной трудоспособности при сохранении (полном или частичном) общей трудоспособности; 3) частичная утрата профессиональной трудоспособности.

При полной утрате профессиональной и общей трудоспособности средний заработок потерпевшего до увечья и составит размер причиненного ему ущерба. Если потерпевший полностью утрачивал профессиональную трудоспособность, но сохранял общую трудоспособность (хотя бы частично), то он мог бы работать на неквалифицированной работе и, следовательно, получать какую-то заработную плату, в таком случае размер ущерба уже не мог равняться среднему месячному заработку потерпевшего до увечья и должен был быть уменьшен на сумму, какую мог бы зарабатывать неквалифицированный рабочий или служащий при соответствующем проценте общей трудоспособности[703].

Возмещение вреда, причиненного здоровью, выражалось не только в возмещении заработка, которого лишился потерпевший в связи с утратой трудоспособности, а также расходов на лечение, протезирование и дополнительное питание.

Согласно ст. 411 ГК суд, определяя размер возмещения за вред, во всех случаях принимал во внимание имущественное положение потерпевшего и причинившего вред. Опираясь на приведенные нормы, суд мог уменьшить размер возмещения за вред в случае несостоятельности причинителя.

В соответствии со ст. 406 ГК, в тех случаях, когда согласно ст. ст. 403-405 Кодекса причинивший вред не обязан к его возмещению, суд мог обязать его возместить вред в зависимости от его имущественного положения и имущественного положения потерпевшего.


Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015- 2022 megalektsii.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.
Поможем в написании
> Курсовые, контрольные, дипломные и другие работы со скидкой до 25%
3 569 лучших специалисов, готовы оказать помощь 24/7