Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Принципиальная понятийная база психоделики




 

К основным понятиям психоделики относятся:

• экспрессия;

• трансфиксия;

• трансгрессия;

• пси-эффект.

 

Итак, что же конкретно означает каждое из этих понятий?

 

Экспрессия

 

С теоретической точки зрения, экспрессия представляет собой принципиальный тип структурной композиции, который характеризуется следующими характеристиками: векторной направленностью, скоростью, ускорением, интенсивностью и изменением этой интенсивности, наличием выраженного финала.

 

Первая характеристика (направленность) означает, что экспрессия в тексте обладает определённым направлением, проявляющимся - и в эмоциональном плане, и в психологическом, и в семантическом, и даже в стилистике. Изменение направления экспрессии может привести к её отклонению - и далее - к замедлению и, даже, разрушению структуры потока самой экспрессии. При этом, последнее обстоятельство немедленно проявит себя в ослаблении (нарушении) психоделического поля самого текста. Таким образом, понятно, что вносить неоправданные возмущения в поток экспрессии - нельзя, если мы стараемся добиться максимального психоделического эффекта.

 

Вторая и третья характеристики (скорость и ускорение) также могут относиться к нескольким факторам: эмоциональному (чаще всего), семантическому, стилистическому, и т.д. Существуют экспрессии с постоянной скоростью, причём скорость эта может быть как высокой, так и низкой; в них ускорение практически отсутствует. Такие экспрессии начинаются, продолжаются и заканчиваются примерно в одном темпе; они напоминают музыкальные пьесы, исполняемые под метроном.

 

Существуют другие экспрессии, в которых ускорение играет очень важную роль. В таких экспрессиях начало, как правило, довольно медленное, а затем они начинают ускоряться - и финал у них, обычно, очень быстрый (не в смысле темпа чтения, хотя и он может ускоряться, а в плане разгона эмоциональной или иной составляющей текста). Зачастую, таких ускорений (и замедлений) в тексте даже средней длины присутствует несколько; для того, чтобы они слаженно работали на достижение общего психоделического эффекта текста, необходимо, чтобы они совпадали по направленности (или, по крайней мере, чтобы изменения в направленности потока экспрессии происходили плавно и не имели явных точек слома), а кроме того - важно, чтобы они работали, по возможности, синфазно, ибо появление оппозитности в структуре экспрессий (когда одна приходит в противофазе по отношению к другой) очень быстро приводит к резкому падению результирующего эффекта, - вплоть до полного его уничтожения.

 

С математической точки зрения, скорость и ускорение экспрессии можно представить себе, как первую и вторую производные текста по времени, но при этом важно понимать, что мы рассматриваем не скорость и ускорение в буквальном смысле (скажем, скорость прочитывания текста читателем, или скорость декламирования его художественным чтецом), а скорость и ускорение нарастания (и убывания, если соответствующие производные меняют знак) определённого типа энергетики в теле текста произведения - в соответствии с его внутренней структурой. Энергетика эта может отвечать за эмоциональную составляющую текста, за его семантическую составляющую, даже за его образную составляющую. Но прежде всего, конечно, скорость экспрессии характеризуется динамичностью развития композиционно-сюжетной составляющей текста.

 

Интенсивность и изменение интенсивности в экспрессиях имеют отношение непосредственно к уровню энергетики, заключённой в тексте. Бывают экспрессии с относительно низкой энергетикой, - т. наз. "сдержанные" экспрессии. Они строятся по тем же законам, что и остальные экспрессии, но обладают сравнительно низкой энергией в сравнении с другими видами, а потому чаще используются авторами не в сфере высокоэмоциональной любовной лирики, а в менее эмоциональных философской или религиозной лириках.

 

Изменение интенсивности экспрессии - весьма интересный инструмент для построения в высшей степени эффективных и оригинальных психоделических текстов. Скажем, запуская экспрессию с достаточно низкой интенсивностью, автор в какой-то точке текста начинает её усиливать, - например, переходя с одного плана повествования на другой, более эмоциональный, - и, таким образом, оказывается в состоянии "удержать" читателя/слушателя, изначально не склонного к высокой эмоциональности, который бы "выскользнул" - если бы экспрессия начиналась сразу с высоких степеней интенсивности. Такое "мягкое" начало позволяет автору "поймать" многих "пугливых" читателей, у которых при виде интенсивной психоделической экспрессии срабатывает чувство "автоматической защиты" - и они перестают воспринимать текст непосредственно, "отстраняются" от него - подобно тому, как зрители в кинотеатре при виде слишком волнующих, тяжёлых или страшных сцен - "вытаскивают" себя из погружения в фильм, напоминая себе о том, что это лишь "сцены на экране", а они - зрители, а не герои или соучастники действия кинокартины.

 

Во избежание путаницы, необходимо пояснить, что скорость экспрессии от интенсивности экспрессии отличается тем, что скорость регулирует величину интервалов, через которые впрыскивается "энергетический допинг" (другими словами - частоту этого впрыскивания), а интенсивность контролирует объём (иначе - мощность) впрыскиваемых "доз" допинга (но не частоту впрыска). Таким образом, манипулирование со скоростью и интенсивностью экспрессии, являющихся независимыми (друг от друга) параметрами, позволяет создавать множество различных схем разгона экспрессии и, соответственно, вариантов решения поставленной задачи - максимально эффективного взаимодействия с читателем.

 

Экспрессиям необходимы выраженные финалы; без них они не могут полностью состояться. Чаще всего в экспрессиях встречаются точечные ("прокалывающие", "пуантные") финалы, - т.е. такие, где энергия выплёскивается в виде последнего стиха или двух, но зачастую это может быть часть стиха (как правило, заключительного), или даже два-три слова. Такие финалы создаются для того, чтобы в конце произведения нанести максимальный "укол" даже толстокожему читателю, чтобы пробить его привычную защиту, построенную на механизмах "отстранённости" и дистанцирования себя от текста, - и вплеснуть в него всю ту разогнаннуюэнергию, которая заключалась в тексте. Однако, финалы экспрессий могут быть и другими, более мягкими; всё зависит от того, какого эффекта добивается автор и для чего конкретно он ему нужен.

 

Для тех, кому понятнее аналогии из элементарной физики, можно привести ещё и такую: экспрессии подобны электрическому току в полупроводниках. Они обладают направленностью (в пространстве), скоростью (зависящей от природы проводника, в нашем случае - текста), ускорением (зависящим от изменения величины приложенной к проводнику разности потенциалов, в нашем случае - от работы "разгоняющих" модулей текста), интенсивностью (зависящей от количества свободных электронов либо "дырок" на единицу объёма полупроводника; в нашем случае - от плотности конкретных элементов низкого уровня, формирующих экспрессию) и надёжностью точек контакта между батареей и проводником (в нашем случае - этой точкой будет финал текста, обеспечивающий реакцию читателя).

 

Замедленные экспрессии

 

Существует один очень интересный тип экспрессий, - т. наз. "замедленные" экспрессии. Этот тип характеризуется, помимо прочих структурных особенностей, тем, что скорость таких экспрессий не нарастает (вопреки естественной внутренней тенденции), а удерживается автором на одном уровне, или может даже несколько замедляться, - таким образом, приводя к нарастанию интенсивности в тексте, а равно и к нарастанию чувства ожидания у читателя/слушателя. Такое отсутствие ускорения осуществляется на практике путём внесения в архитектоническую структуру элемента повторяемости, представляющего собой нечто наподобие эффекта "заевшей пластинки": однотипные фрагменты сменяют друг друга, варьируя в пределах единых образных рядов, и придают общую трансогенность тексту, в то же время сдерживая его потребность в развитии и завершении. Одним из характерных признаков таких экспрессий является их относительно большая текстуальная длина - по сравнению с экспрессиями не-замедленными.

 

Характерно, что у замедленных экспрессий несколько иная читательская аудитория по сравнению с другими экспрессиями; с одной стороны она более широкая, а с другой - состоящая, зачастую, из людей с более ограниченным восприятием. Почему так происходит? Вероятно, играет роль временной фактор: те, кто не успевают быть захваченными пси-эффектом "нормальных" экспрессий (а равно и многих других психоделических текстов, где экспрессия не столь явно выражена), с лёгкостью увлекаются замедленными экспрессиями, - ведь последние развиваются в несколько раз медленнее (а, соответственно, и размеры их, нередко, в несколько раз превышают размеры других экспрессий). Ещё одна черта замедленных экспрессий - их некоторая склонность к попсовости, возникающая, вероятно, от повторений (в разных вариантах) и разжёвываний подаваемых ими идей. Как бы то ни было, именно замедленные экспрессии оказываются дверью в психоделику для читателей, не способных воспринимать другие (не замедленные) психоделические тексты; своим замедленным течением они позволяют вовлекаться и ощущать пси-эффект не только тем, кто малочувствителен к какой-то конкретной разновидности психоделики, но и многим в принципе слабо чувствительным к психоделике людям.

 

Чёрные экспрессии

 

Существует ещё один очень характерный вид экспрессий - т. наз. "чёрные" экспрессии. Этот вид характеризуется прежде всего острой отрицательной эмоциональной направленностью, которая является главной движущей силой таких экспрессий. Как правило, чёрные экспрессии имеют выраженную узко-сфокусированную структуру. Благодаря такой структуре они способны достигать ураганных скоростей и, если снабжены ударным финалом, имеют очень высокий "пробивающий" потенциал по отношению к читателю. Иными словами, они способны "прокалывать" эпителий даже весьма толстокожих людей, мало склонных к сантиментам. Как и в случае с замедленными экспрессиями, есть небольшая категория авторов, которые увлекаются созданием преимущественно такого рода конструкций, - хотя остаётся открытым вопрос - насколько разрушительно такое увлечение сказывается на их собственной психике и энергетике: ведь для создания подобных произведений необходимо самому находиться в соответствующем изменённом состоянии сознания. А если входить в него достаточно часто, то начинает быстро возрастать риск - стабилизации этого состояния и превращения его в одно из тех стационарных, в которых преимущественно и протекает наша жизнь.

 

У чёрных экспрессий есть своя достаточно постоянная аудитория, состоящая не обязательно из людей, склонных к мазохизму, но и из тех, кто любит острые ощущения в принципе, а равно и из тех, кто другие виды психоделики почувствовать не в состоянии. Чёрные экспрессии - очень доминантный вид психоделики, - в том смысле, что если психоделический текст включает в себя элемент чёрной экспрессии, то он и весь, как правило, становится чёрной экспрессией, - настолько сильное влияние оказывает этот вид психоделики на перцепцию произведения в целом.

 

Трансфиксия

 

С теоретической точки зрения, трансфиксия представляет собой принципиальный тип структурной композиции, который характеризуется следующими характеристиками: напряжённостью, однородностью, транзитивностью.

 

Сам термин "трансфиксия" имеет очевидную англоязычную этимологию; "being transfixed" (в соответствии с новым изданием The Chambers Thesaurus,6 являющимся наиболее авторитетным источником для нахождения правильной семантики слов) означает: быть очарованным, зачарованным, месмерически прикованным к месту, загипнотизированным, парализованным, быть как громом поражённым, совершенно поглощённым, испытывать оцепенение. Вторым значением идёт: быть пронзённым чем-то, проколотым, проткнутым, насаженным на пику, копьё, кол или вертел. В англо-русских словарях, составленных, как правило, людьми, знающими языки недостаточно глубоко, эти два принципиальных значения приводятся в обратном порядке, отчего многие русскоговорящие полагают, что основное значение этого термина заключается именно в прокалывании, а не в очарованности или прикованности к месту, что, разумеется, неверно.

 

Итак, трансфиксия предполагает некую способность текста (или его участков) очаровывать (зачаровывать) читателя, вводить его в состояние, близкое к трансовому. Читатель не увлекается трансфиксией, как это происходит в случае с экспрессией, которая подхватывает читателя и увлекает его за собой, подобно потоку. Трансфиксия никого не подхватывает и никуда не несёт; она подобна омуту, в который можно погрузиться. При этом она обволакивает читателя, погружает его в себя. Трансфиксия не обладает динамикой, присущей экспрессии. Трансфиксия - это мир без движения, это мир без времени, это полная статика и растворение в текстовой матрице, которая, захватив читателя, становится подменой окружающему миру.

 

В определённом смысле, трансфиксия напоминает поле энергии, стабилизирующее каждую попавшую в него частицу (читателя) определённым образом. И потому, как каждое поле, она характеризуется напряжённостью этого поля, - другими словами, величиной той силы, которая удерживает захваченный этим полем предмет или заряд. Чем выше напряжённость трансфиксии, тем труднее читателю от её влияния освободиться.

 

Вторая характеристика трансфиксии - это изоморфность (однородность) генерируемого поля. В чём она проявляется? В том, что, находясь в пределах трансфиксивного текста (или трансфиксивного участка текста), читатель испытывает достаточно постоянное ощущение или совокупность ощущений, которые могут несколько усиливаться - от продолжительности пребывания в трансфиксивном поле, но их тембр, окраска и тональность - не меняются, как не меняется и соотношение между отдельными ощущениями, если имеет место не одно ощущение, а их совокупность.

 

Третьей характеристикой трансфиксии является транзитивность, проявляющаяся в том, что трансфиксия переносит свойственные ей характеристики и черты поля на пространственно сопряжённые с ней участки текста, - будь то экспрессия или другая трансфиксия. Другими словами, потенциал поля ослабляется с увеличением расстояния до него, но это происходит не мгновенно, и характеристики поля можно ощущать даже на некотором удалении от него. Экспрессии таким свойством не обладают, - хотя остановка после окончания экспрессии (особенно, если она была не финальной в тексте) тоже происходит не мгновенно, однако естественное замедление после выхода из экспрессии связано с изменением практически всех имманентных характеристик самой экспрессии - в то время, как выход за пределы трансфиксивного участка текста связан лишь с изменением одного параметра трансфиксии - постепенным ослаблением напряжённости поля, в то время, как остальные характеристики сохраняются.

 

С последним обстоятельством связана возможность создания сложных психоделических текстов, содержащих несколько трансфиксивных участков; при этом, если поля, создаваемые каждой из трансфиксий, гармонируют друг с другом (не обязательно - совпадают полностью), создаётся интересный прецедент, когда, за счёт взаимовлияния разноплановых трансфиксий, возникает многомерное поле, которое практически невозможно описать словами, а равно невозможно описать и ощущения, возникающие у читателя при чтении такого рода психоделического текста. Этот приём является одним из наиболее эффективных при создании текстов трансцендентального плана. Однако следует иметь в виду, что система трансфиксивных участков текста должна быть выстроена очень тщательно, - подобно системе контрапунктов в музыке, поскольку плохо гармонирующие друг с другом трансфиксии способны моментально снизить общий психоделический потенциал текста практически до нуля.

 

Нужно отметить, что подавляющее большинство психоделических текстов содержат в себе так или иначе чередующиеся отрезки трансфиксии и экспрессии, которые довольно просто выявляются при детальном анализе конкретных текстов. В зависимости от того, влияние каких отрезков превалирует над восприятием читателя, тексты можно условно делить на те, где доминирует экспрессия, и те, где доминирует трансфиксия.

 

Для трансфиксивных текстов не обязательны (а зачастую даже вредны) акцентные финалы. Большинство трансфиксивных текстов требуют отступающих, расширяющихся (а не пронизывающих) концовок - для того, чтобы содержащаяся в них трансфиксия могла сыграть в полную силу.

 

Трансгрессия

 

Рассмотрим теперь, что представляет собой трансгрессия. В отличие от экспрессии и трансфиксии, являющихся определёнными свойствами самого текста (а равно и методами, при помощи которых психоделика в этом тексте работает), трансгрессия не является имманентным свойством текста, а представляет собой продукт взаимодействия читателя с текстом. Трансгрессия знаменует момент перехода сознания читателя в изменённое состояние сознания, наступающее при чтении некоторых текстов с выраженной психоделичностью. Говорить о наступлении трансгрессии можно лишь в тех случаях, когда изменение состояния сознания читателя/слушателя весьма существенно; в противном случае понятие это будет бессмысленным.

 

Трансгрессия обозначает сам момент перехода из одного состояния сознания читателя в другое; в этом случае можно говорить о том, что "читатель трансгрессирует" под воздействием психоделического текста. С этой точки зрения, трансгрессия является скорее культурологическим термином, нежели филологическим, ибо привязана непосредственно к читателю (со всем его культурным багажом), а текст для неё является лишь средством (трамплином, если угодно), которое позволяет читателю трансгрессировать, но сам текст в процессе трансгрессии никакого участия не принимает, оставаясь вне сознания читателя - даже если это сознание содержит участки вызвавшего трансгрессивный скачок текста (а хоть бы и весь текст целиком).

 

Сам термин "трансгрессия" был введён в культурологию в XX веке французскими теоретиками постмодерна для обозначения функции преодоления естественных барьеров в определённых культурных и философских областях или понятийных системах. Термин этот, в их понимании, подразумевал кардинальное сламывание каких-то рамок или выход за некие границы. Не вызывает особого изумления тот факт, что при выборе термина Деррида и Батай не обеспокоились одним немаловажным обстоятельством: в европейских языках вот уже на протяжении многих столетий понятие "трансгрессия" рутинно используется в богословских текстах в качестве синонима для "греха" или "преступления". Мало того, в церковных службах по сей день (а, равно, и в канонизированных переводах Библии) используется тот же термин, и тоже - для обозначения подчёркнуто-греховных действий. В чём состоит семантическая тонкость отличия "трансгрессии" от "греха"? Очевидно, в том, что грех может быть невольным, случайным, даже "во спасение". Для трансгрессии таких эпитетов быть не может; трансгрессия подразумевает намеренное и сознательное нарушение предписанного закона, а потому несёт в себе откровенно негативную коннотацию - не только для верующих, но и для всех, знакомых с церковной службой, даже поверхностно.

 

Само собой, и Батай, и Фуко, и Деррида - прекрасно понимали, что термин "трансгрессия" не придётся по вкусу - ни читателям, ни авторам, но это их нимало не беспокоило: их статьи и эссе предназначались вниманию культурологов, философов и лингвистов, для которых теология - просто ещё одна дисциплина, а религия - просто отвлечённое понятие. Они вводят понятие трансгрессии как некую движущую силу прогресса, неотделимую от самой жизни, от понятия эволюции. Они понимают её не только как процесс, но и как состояние, и как принцип, противоположный "запрету".7 Как бы то ни было, коль скоро деконструктивисты уже успели сделать это понятие привычным в научном обиходе, то нам остаётся лишь, по аналогии, использовать его в теории психоделики - для обозначения преодоления, под воздействием психоделического текста, барьера восприятия читателем, которое сопровождается достаточно глубоким изменением состояния сознания последнего.

 

Хотелось бы предостеречь всех от использования этого понятия в неверном контексте и не по назначению, когда речь идёт о психоделике. На всякий случай, не премину повторить, поскольку именно этот момент часто вызывает непонимание у интересующихся теорией психоделики: трансгрессия не может содержаться в тексте психоделического произведения; это не характеристика и не свойство психоделического текста per se. Некоторые психоделические тексты могут вызыватьтрансгрессию у читателей, - однако это не то же самое, что "содержат её в себе". Трансгрессия - это процесс, совершаемый читателем, а не принадлежность или внутренняя характеристика психоделического произведения. А следовательно, в строгом смысле, понятие "трансгрессии" не принадлежит области собственно-литературы, - в отличие от экспрессии и трансфиксии.

 

И последнее: в принципе, можно психоделические тексты, способные вызывать трансгрессию хотя бы у некоторых читателей, условно называть "трансгрессивной психоделикой", однако при этом нужно понимать, что морфология таких классификаций крайне условна, ибо здесь мы даём определение какому-то типу психоделики по её функциональности, а вовсе не по её структурным или каким-то иным, имманентным, свойствам. С точки зрения строгой науки это примерно то же самое, что пытаться классифицировать автомобили по принципу - в которых из них возможно, и в каких нет - заниматься общеоздоровительным сексом. Эротические упражнения к езде в автомобилях не имеют прямого отношения, хотя некоторые конструкционные особенности и характеристики автомобилей могут косвенно влиять на то, насколько удобно (или наоборот) практиковать в последних активный секс. Подобно этому, трансгрессия не имеет прямого отношения к собственно психоделическим текстам и к теории их построения, хотя этими текстами она может вызываться.

 





Рекомендуемые страницы:

Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015- 2021 megalektsii.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.