Главная | Обратная связь | Поможем написать вашу работу!
МегаЛекции

Общая характеристика права собственности в Гражданском кодексе РСФСР 1964 года




Институт права собственности Гражданского кодекса РСФСР 1964 г. можно охарактеризовать как хорошо проработанный, доктринально обоснованный советскими правоведами раздел советского гражданского права, отражающий правовую идеологию социалистического общества и соответствующий социально-экономическому строю, основанному на идеях марксистско-ленинского учения. Нормы о праве собственности пронизаны идеологией и вполне соответствуют общим задачам советского гражданского законодательства того периода, закрепленным в преамбуле к ГК. В преамбуле отмечается, что Советский Союз «достигнув полной и окончательной победы социализма, вступил в период развернутого строительства коммунистического общества. Задачами этого периода являются: создание материально-технической базы коммунизма, обеспечивающей изобилие материальных и культурных благ и все более полное удовлетворение потребностей общества и всех его граждан; постепенное преобразование социалистических общественных отношений в коммунистические; воспитание граждан в духе высокой коммунистической идейности, коммунистического отношения к труду и общественному хозяйству». Спустя десятилетия стало очевидным, что не все из представленных положений имели реально экономическое обоснование.

С точки зрения современной исследователя раздел о праве собственности исходит в основном из классических положений гражданского права (по системе построения норм, содержанию и виду подинститутов). Есть основания утверждать, что советские правоведы при формировании института права собственности базировались на давно разработанных в римском праве и русском дореволюционном праве положениях, за исключением всего, что связано с особой социалистической идеологией. Поэтому, с другой стороны, целый ряд положений Кодекса о праве собственности противоречит классической цивилистической концепции, которая берет начало из римского права и имеет, актуальные в тот период «социалистические начала». А именно, вслед за ГК РСФСР 1922 г. была отвергнута частная собственность, как и в 20-е годы отсутствовала регламентация оборота земельных участков и иных природных ресурсов, а также иной недвижимости. В Кодексе нет ни одного упоминания о вещных правах, в том числе сервитутах и праве застройки. Существенно была ограничена личная собственность на жилые помещения, собственность колхозного двора. Заметно доминирование прав субъектов социалистической собственности: закреплялись правила о запрете изъятия основных средств по обязательствам социалистических организаций, неограниченной виндикации государственного имущества, исключительной собственности государства на природные ресурсы и др. Ряд норм можно обозначить как нормы, провозглашающие юридическую фикцию. Как, например, нормы, отождествляющие право собственности социалистических организаций с правом собственности коллектива трудящихся. Думается, что не имело достаточной экономико-правовой основы и отождествление в ст. 93 ГК государственной собственности с общенародной.

Особо следует отметить уровень развития советской гражданско-правовой науки о праве собственности. Несмотря на сильнейшее идеологическое воздействие, страх быть обвиненным в «антинаучных» теориях, тем не менее, труды советских ученых сделали большой прорыв в теории права собственности[990]. Они оказали влияние на дальнейшее развитие учения о праве собственности на десятилетия вперед. И, даже независимо от того, что сегодня мы живем в другом государстве с иным экономическим строем и политической идеологией, в условиях рыночных отношений и восстановленного права частной собственности на недвижимость, в том числе и на земельный участки, труды советских ученых о праве собственности представляют актуальность по сей день, разработанные концепции и подходы относительно права собственности берутся в основу современного анализа категории права собственности. Кроме того, действующий Гражданский кодекс РФ 1994 г., провозгласивший несколько иные принципы российского гражданского законодательства, главным образом в сфере возрождения частноправовых начал при регулировании имущественных и личных неимущественных отношениях, рыночной экономики и предпринимательства, по своей структуре и содержанию, тем не менее, очень напоминает Гражданский кодекс РСФСР 1964 г.

 

1.2. Понятие и содержание права собственности. Формы собственности

 

В ГК праву собственности посвящены главы 7-14. Понятие и содержание права собственности закрепляется в ст. 92 ГК, согласно которой собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения имуществом в пределах, установленных законом. Данная статья повторяет положения ст. 58 ГК РСФСР 1922 г., которая также основывалась на традиционной для нашего права «триаде» правомочий собственника.

Подобное закрепление понятия и содержания права собственности выступило основанием для формулировки в советском праве двух подходов к понятию права собственности: в объективном и субъективном смысле. Большинство советских правоведов были солидарны в представленном «дуализме» права собственности. Определения правовых категорий в сфере права собственности носило яркий отпечаток социалистической идеологии, отвергающей частную собственность. Под правом собственности в объективном смысле понималась совокупность правовых норм, закрепляющих и охраняющих в соответствии с классовой структурой общества отношения по владению, пользованию и распоряжению средствами и продуктами производства либо в интересах эксплуататоров (частная собственность, либо в интересах трудящихся (социалистическая собственность)[991]. В субъективном смысле право собственности означало возможность индивида или коллектива по своему усмотрению и независимо от кого-либо владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом в пределах, установленных законом, в соответствии с экономическим строем общества[992].

В советской литературе право собственности определялось как абсолютное право, которое противопоставлялось относительным правам. Таким образом, законодательство и доктрина того периода не отвергли известные дореволюционному праву представления о вещном праве как праве абсолютном[993]. Наоборот, в советском праве, оно получило продолжение в виде теории абсолютных правоотношений и стало основанием для широкой научной дискуссии. Считалось, что государство охраняет право собственности путем установления всеобщей пассивной обязанности не препятствовать собственнику в осуществлении своего права. Никто не должен совершать действий, которые представляли бы посягательство на субъективное право собственности. Следовательно, все лица обязаны воздержаться от поведения, могущего нарушить права собственника. Отмечалось, что обязанность воздерживаться от действий со стороны третьих лиц (так называемые отрицательные действия), предопределяемая абсолютным характером права собственности, характеризует право собственности в отношении его защиты[994].

Известна дискуссия в советской юридической литературе относительно субъективных абсолютных прав. В связи с тем, что она развивалась параллельно совершенствованию советского Гражданского кодекса и оказывала определенное влияние на формируемое новое законодательство, кратко остановимся на ее содержании.

Генкин Д.М., признавая абсолютный характер права собственности, считал вместе с тем, что это право, как и другие субъективные абсолютные права, не является элементом правоотношения. По его мнению, такое «понимание субъективного права собственности не противоречит положению, что субъективному праву соответствуют обязанности других лиц, и обратно, что обязанным лицам противостоит управомоченное лицо». Оппоненты Д.М. Генкина полагали, что «констатируя такую связь прав и обязанностей управомоченных и обязанных лиц, Д.М. Генкин, тем самым признает по существу правоотношения собственности, хотя наличие их отрицает»[995].

Справедливости ради надо отметить, что наряду с абсолютностью права собственности, правоведы отмечали и другой важнейший его признак, который вытекал из легального определения права собственности в Гражданском кодексе - признак непосредственной связи с вещью. Однако, в отдельных источниках данный признак в целом, по-видимому, правильно толкуемый правоведами, в дефиниции несколько искажался (возможно, по идеологическим соображениям). Ученые писали, что право собственности непосредственно опирается на закон и существует независимо от права какого-либо другого лица на данную вещь. При этом в литературе верно проводилось сравнение непосредственной связи с вещью у залогодержателя или нанимателя, которые зависят от права собственности на эту вещь другого лица[996].

Широкую известность получила полемика относительно высказанного А.В. Венедиктовым еще в 40-егоды определения пава собственности как «права собственника использовать средства производства своей властью и в своем интересе»[997]. Противники данного определения права собственности приводили в опровержении такого подхода разные аргументы. В частности, указывалось, что с интересом связано всякое субъективное право, а не только право собственности, в своем интересе действует не только собственник, но, и, например, арендатор. Термин же власть приводит к смешению правомочия собственника с политической властью[998]. Рясенцев В.А. писал, что формула «в своем интересе» вполне подходит к праву частной собственности, но не выражает характера права социалистической собственности[999].

В свою очередь, А.В. Венедиктов в подтверждение своей мысли о том, что правомочия владения, пользования и распоряжения не исчерпывают права собственности лица, приводил пример с арестом имущества должника, изъятого из его владения и пользования с запрещением распоряжения этим имуществом. Венедиктов А.В. писал, что «у собственника все же остается какой то реальный сгусток его права собственности…». Он полагал, что «суммой трех правомочий не исчерпывается содержание права собственности»[1000].

Несмотря на разногласия относительно данной дефиниции, тем не менее, советские ученые весьма часто использовали предложенный А.В. Венедиктовым вариант определения права собственности. Так, О.С. Иоффе совершенствует определение А.В. Венедиктова, вводя в него также указание на право владения, пользования и распоряжения, сохраняя слова «своей властью и в своем интересе»[1001]. Поддерживает этот признак и Ю.К. Толстой, полагая, что указание на свой интерес важно в общем определении права собственности для всех его форм и видов..»[1002].

В настоящее время спустя несколько десятилетий мы можем дать более объективную оценку собственную оценку данной дискуссии. Прежде всего, следует отметить то, что применение к праву собственности признака «в своей властью и в своем интересе», в том числе и замена «триады» правомочий собственника не было закреплено в российском законодательстве. Однако в современной доктрине российские исследователи полагают, что вещное право характеризуется признаком «осуществление субъектом правомочий владения, пользования и распоряжения в своем интересе»[1003].

Наряду с перечисленными характеристиками права собственности в советском праве был сформирован еще один подход, согласно которому считалось, что право собственности характеризует статику имущественных отношений. В литературе отмечалось, что поскольку право собственности закрепляет существующую в обществе систему распределения материальных благ, оно характеризует статику имущественных отношений, в отличие от права обязательственного, который регулирует процесс присвоения материальных благ, процесс распределения обмена, т.е. обращение имущества, переход его от одного лица к другому, динамику имущественных отношений (динамику собственности)[1004].

Содержание права собственности раскрывалось путем традиционной для российского права «триадой» правомочий: владение, пользование и распоряжение (ст. 92 ГК).

Под правом владения принято было понимать право лица фактически господствовать над вещью, обладать ею, а под правом пользования - право на извлечение полезных свойств вещи, в том числе на получение от нее доходов и плодов. Под распоряжением понимались действия, определяющие юридическую судьбу имущества (объектов собственности)[1005].

ГК в ст. 93 закреплял две формы собственности: социалистическую и личную собственность.

В свою очередь, социалистической собственностью являлись: государственная (общенародная) собственность; собственность колхозов, иных кооперативных организаций, их объединений; собственность общественных организаций.

Личная собственность служит одним из средств удовлетворения потребностей граждан.

Советские правоведы достаточно глубоко исследовали содержание понятия «формы собственности». При этом анализ сводится к тому, что понятие форма собственности берет начало с определения собственности как экономической категории. В большинстве работ по праву собственности собственность как экономическая категория понималась - исторически определенные общественные отношения по обладанию средствами производства, обусловливающие соответствующую форму присвоения продуктов труда. Считалось, что форма собственности является основой производственных отношений. Она предопределяет, каким образом средства производства соединяются с непосредственным производителем[1006]. Из ГК видно, что формы собственности классифицированы в зависимости от того кому принадлежат средства производства. Соответственно была сформирована социалистическая собственность, которая была представлена государственной (общенародной) собственностью; собственностью колхозов, иных кооперативных организаций, их объединений; собственностью общественных организаций и личная собственность.

Государственная (общенародная) собственность базировалась на том, что единым и единственным субъектом этой собственности является советское государство. При этом отмечалось, что государственная собственность образует единый фонд, принадлежащей всему народу[1007]. Таким образом, закон и доктрина исследуемого периода пытались отождествить государство с народом, что в действительности не имело реального применения в жизни.

Собственность юридических лиц - собственность колхозов, иных кооперативных организаций, их объединений; собственность общественных организаций.

Колхозно-кооперативная собственность представлялась как собственность отдельных колхозов и кооперативных объединений и единого фонда не образовывала. В литературе отмечалось, что все средства производства в кооперативных организациях принадлежат коллективам трудящихся[1008]. На самом деле, вряд ли можно было в тот период говорить о том, что коллектив трудящихся был в прямом смысле слова полноправным собственником средств производства. Реально собственностью распоряжались директора, правления и иные лица и органы, имеющие право на управление кооперативом и колхозом.

Личная собственность существовала в двух видах: личная собственность граждан (ст. 10 Конституции СССР) и личная собственность колхозного двора (ст. 7 Конституции СССР).

 





Рекомендуемые страницы:

Воспользуйтесь поиском по сайту:



©2015- 2021 megalektsii.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.